Беларусь фанатская. Станут ли ультрас политической силой? |
Мнения

Беларусь фанатская. Станут ли ультрас политической силой?

Белорусские футбольные фанаты активно заявляют о себе с начала 90-х. Однако лишь в последние годы они выдвинули политические лозунги, взятые на вооружение отчасти у «Правого сектора», отчасти у оппозиции и немного у своих российских «коллег». Насколько горючей получилась смесь и может ли она сыграть политическую роль в современной белорусской истории?

История белорусских фанатов

Патриархи белорусского фанатского движения называют своим годом рождения 1981. Первыми активистами стали болельщики

ФК «Динамо-Минск» — на тот момент одного из флагманов советского футбола. Долгое время они считались единственным «серьёзным» фанатским объединением. В сезоне 96/97 противостоять им попытались болельщики могилёвского «Днепра». Ареной столкновений стал столичный стадион «Трактор».

Попортить лица «динамикам» хотели многие, включая приверженцев минского «Торпедо». В самой упрощённой форме противостояние шло по принципу «все против всех». Однако в зависимости от турнирного положения и иных переменчивых факторов болельщики клубов заключали «перемирия», вступали в коалиции и «дружили» против кого-то. Например, «Динамо-Минск» рассорилось с «Гомелем». Последние примкнули к «могилёвским» и стали острее реагировать на матчи с мозырской «Славией». Сдружились на фоне принадлежности к некогда одним структурам «динамовцы» Минска и Бреста. Столкновения между местными и теми, кто приезжал в чужой атрибутике в другой город, продолжались.

Фанаты МПКЦ прорвали оцепление на могилёвском стадионе после завоевания титула в 1996 году. Изображение: by.tribuna.com

Легенды говорят о т. н. «Витебском договоре» — встрече лидеров фанатских группировок, состоявшейся в начале сезона 2000 года. Фанаты приняли решение не применять в драках подручные средства и объединяться в единый пул на матчах сборной. Надо сказать, что в те годы сборная Беларуси действительно играла просто отлично. К тому же у белорусских фанатов, как и у всех их коллег из других стран, появился общий враг — правоохранители.

Поначалу стадионы охраняли слабо. Посещаемость матчей была невелика, а буянили фанаты в основном за пределами поля. Но вскоре мирное «боление» переросло в пиротехнические шоу, выкрикивание матерных кричалок и попытки прорваться в сектор к «противникам». Милиция стала жёстко подавлять любые нарушения порядка. Российские ультрас завезли моду на прорывы кордонов и выбегание на поле для братания с кумирами. В ходе реконструкции местных стадионов на них появились пластиковые сиденья, которые оказались удобными предметами для метания.

«Солидные» команды (как правило, регулярно выступающие в высшей лиге) обзавелись фанатскими группировками. Многие из них в той или иной степени существуют и по сей день. Долгое время все противостояния сводились к пресловутому территориальному «а ты с какого района/города?» и не имели политической или национальной подоплеки (что в моноэтничной стране в принципе сложно представить). Нарушения сводились к дракам, выкрикам, баннерам, перформансам, и хотя считались хулиганством, серьезных последствий не имели. Конечно, модно было вывешивать герб «Погоня» и двусмысленные баннеры, «болея» за историческое прошлое. Но дальше этого не шло. Многое изменилось в 2014 году.

Майдан на стадионах

О роли фанатов в деле свержения правительств заговорили после событий украинского Майдана. Весной 2014 года именно ультраправые фанаты жёстко подавили выступления антимайдановцев в Харькове и Одессе. Постепенно, благодаря Интернету, за ними стали наблюдать и белорусские активисты, которые раньше отделывались приевшимся «Жыве Беларусь!». И тогда белорусские правоохранители обратили внимание, что ранее далекие от политики фанаты активно используют во время матчей протестный сленг украинских коллег.

В конце февраля 2015 года в МВД провели совещание, где обсудили радикализацию фанатского движения и его крен в сторону националистических лозунгов. Решили отделить «мух от котлет» и обязать все крупные футбольные клубы создать «официальные» фан-движения. Мотивировали это тем, что в Беларуси действует примерно 3-5 тыс. радикально настроенных фанатов, не имеющих ничего общего с «нормальными» болельщиками.

При всём внешнем сходстве белорусских ультрас отличает от украинских отсутствие консолидации вокруг националистических организаций вроде «Правого сектора». К тому же они, со слов ультрас «Динамо», вообще не интересуются политикой, а выступают против государства в принципе. Оказывается, фундаментом наших «правых» является анархизм, забавно. Но милиция рассудила по-другому, решив, что фанаты как раз и хотят стать тем протестным движением, вокруг которого объединятся другие силы.

Белорусские фанаты во время гостевого матча с Молдовой. Изображение: twitter.com

Фанаты России, Украины и Беларуси не существуют в отрыве друг от друга. Протестный ветер подтолкнул к тому, что белорусы сдружились с украинскими «братьями». Неожиданным консолидирующим фактором выступила группа «Ляпис Трубецкой», чья песня «Воины света» с Майдана перекочевала на белорусские стадионы. Следом за ней приехала и абсолютно ранее неизвестная недоброжелательность к «москалям». 8 сентября 2018 года в рамках встречи со сборной Сан-Марино по футболу впервые прозвучало «кто не скача — той москаль» от людей в бело-красно-белых одеждах. Ранее, в 2014 году, на встрече команд Беларуси и Украины фаны гостей скандировали «Жыве Беларусь!». Наши ответили: в 2015 году в ходе ответного поединка во Львове белорусские фанаты вывесили баннер «Держитесь, братья!» на украинском языке с гербом и флагом страны. На обеих встречах звучали «Воины света».

Бравада или политическая трибуна

С одной стороны, белорусские ультрас, пребывавшие в последнее десятилетие в анабиозе, просто воспользовались моментом и встали на сторону радикальных «братьев». Желание позлить власть (в данном случае и белорусскую, и российскую) на какое-то время вызвало забытую эйфорию, которая потом куда-то исчезла. В конце концов, посетивший в начале августа Минск питерский «Зенит» со своими более чем активными фанами, не ощутил явной враждебности. А по заявлениям присутствовавших на матче, российские ультрас гораздо громче кричали грубости в адрес столичной милиции.

Если взглянуть на посещаемость матчей чемпионата Беларуси, сразу становится ясно, что фанатская среда у нас малочисленна или просто не интересуется собственно футболом. Матчи лидера, борисовского БАТЭ, посещает в среднем 4,4 тыс. человек за матч, а на одного из аутсайдеров — «Городею» — ходит в среднем 1,2 тыс. человек за матч. Для сравнения, в Украине, на киевское «Динамо» приходит 18 446 человек, а на киевский «Арсенал» — около 2,5 тыс. В России на «Спартак» приходит 37,5 тыс. человек за матч, а на красноярский «Енисей» не менее 10 тыс. Словом, использовать трибуну как трибуну (простите за тавтологию) для продвижения идей у радикальных фанатов явно получается слабо. Ибо лозунги их видит в основном милиция.

1-09.png


Типичная картина во время матчей чемпионата Беларуси по футболу. Изображение: belultras.by

В подписчиках группы «Ультрас Беларуси» состоит около 24 тыс. человек. В основном публикуются фото из других радикальных пабликов со всей Европы и иногда с белорусского чемпионата. Как правило на снимках пара десятков радикалов. Иначе как «жиденькой» эту «силу» не назовёшь. Портал belultras.by, кстати, основательно подзаброшен. Украинская тематика незаметно исчезла, зато появился другой тренд — «свобода Виталику «Пуме».

Фанат Виталий «Пума», как считается, был одним из лидеров ультрас минского «Динамо». За клуб он болел с 1998 года. В 2017 году Виталия осудили на 2,4 года лишения свободы за разжигание розни и изготовление порнографических материалов. Фанатское сообщество посчитало, что обвинения надуманны, и развернуло кампанию по бойкотированию матчей чемпионата Беларуси по футболу. На какое-то время фанаты, которые потом всё же стали посещать матчи, объединились под хештегом #freepuma.    

Хотя эти действия и фотографии с чуть большим, чем обычно, числом болельщиков производили некоторый эффект, далеко идущих последствий они не имели. В первую очередь потому, что «хайповые» явления приходят и уходят, а никакой чёткой и, главное, националистической идеологии белорусские фаны не сформировали. Они, за неимением иного, вывешивают бело-красно-белый флаг, хотя против государства как такового. Скандируют то «Жыве Беларусь!», то «Слава Украине!», то «Свободу Пуме!». Поэтому движение не становится массовым, претендующим на политическую силу или боевое крыло какой-нибудь партии. Если сказать кратко, то слишком радикально для Беларуси. При этом нельзя сказать, что фанатского движения нет. Оно рассеяно, дезориентировано и просто не лезет под милицейские дубинки на стадионах.

5-09.png


Как укротить стихию

Уже много лет в большинстве стран мира пытаются отделить «нормальных» болельщиков от «отмороженных» радикалов. Меры предпринимают разные, вплоть до того, что не пускают на стадионы тех фанатов, которых знают в лицо. Противники данной меры говорят, что без фанов на матчах часто не хватает «движа».

Надо сказать, что белорусские власти, желая повысить интерес к футболу вообще и посещаемость в частности, жёстко пресекают любые массовые действия самоорганизующихся структур. Обыски в домах лиц, «засветившихся» на поддержке Украины, начались ещё в январе 2014 года. Болельщику «Динамо-Минск» за драку в метро дали 10 лет колонии, подчеркнув его «фанатский» статус. Разбившим стёкла в троллейбусе в ходе «замеса» ультрас дали от 4 до 12 лет. Это тоже подкосило фанатское движение, внеся раскол в его ряды (у некоторых болельщиков есть семьи, и проблемы из-за «политики» им нужны меньше всего).

3-09.png


В конце 2016 года МВД внесло в Палату представителей предложение о запрете на посещение футбольных арен хулиганами. Радикальных несогласных планировали избавить от посещений стадионов сроком от 3 месяцев до 3 лет. За непослушание предусмотрели арест. А особо ярых нарушителей планировали выставить на интернетовской «доске позора» сайта МВД. Чтобы соседи знали, так сказать.

Милиция «успокаивает» фанатов брестского «Динамо», выбежавших на поле в финале Кубка Беларуси в 2017 году. Изображение: tut.by

В ходе открытого голосования на сайте МВД 49% высказались против нововведений. По словам лидера фан-сектора минского «Динамо» И. Кононовича, ничего удивительного в действиях правоохранителей нет — это мировая практика. Но, если кратко, в Беларуси нет столько камер на стадионах, чтобы фиксировать правонарушения. Большинство белорусских стадионов представляют собой печальное зрелище, равное региональным российским аренам образца начала 2000-х.  

Поэтому всё, что осталось фанатам — это перформансы. Лишнее внимание им вроде как ни к чему, но в угаре толпы можно и покричать «кто не скача». При этом в рядах ультрас есть и… левые. Антифашисты и антирасисты. Здесь обычно вспоминают болельщиков ФК «Партизан» (бывший МТЗ-РИПО). Они формально открещиваются от «правых», дерутся с ними, но при этом также используют БЧБ-флаг. Ходят слухи, что есть и поддерживающие Россию группировки. Соткать из всего этого разнообразия единый протестный ковёр, нацеленный на смещение действующей власти довольно сложно. Но возможно.

2-09.png


Фаны за любой кипиш

Отсутствие у белорусских фанатов идеологии не означает, что у них нет единого врага. В первую очередь это действующая власть и её олицетворение — милиция. И если, скажем, экономические проблемы выведут часть людей на улицы, среди них наверняка можно будет увидеть и футбольных фанатов.

Они хорошо организованы внутри своих фан-клубов, знают друг друга в лицо и общаются в закрытых группах и чатах. У них есть номера телефонов «коллег», они разбросаны по столице, областным и районным центрам. Фанаты обладают опытом создания печатной продукции, символики, у них есть каналы распространения. Они знают, как действует милиция. Это готовая сеть как правило спортивных ребят из 3-5 тыс. человек. Когда и кого они решать поддержать — это вопрос времени. Если появится сильное протестное движение, то у него будет наготове боевой отряд.

Читайте также: Технология хищников

При этом фанатов растревожили, скорее, именно власти. По заявлениям того же Кононовича, госСМИ сознательно делают акцент на том, что человек «фанат». То есть существует определённый «заказ», направленный на дискредитацию фанатского движения. Таким образом, власть ратует за посещаемость матчей, но только «правильными» болельщиками. А кто у нас правильный, а кто неправильный, должно определять МВД. Это, конечно, далеко не всем по душе.

Поэтому взаимоотношения с милицией у фанатов накалены до предела. Органы пытаются подвести особо рьяных ultras под действие закона «Об экстремизме», а фанаты регулярно дают для этого поводы. В итоге неумолимо падает посещаемость и интерес к белорусскому футболу вообще. Его, как и культуру с экономикой, пытаются задекларировать. Он поддаётся, но в итоге непонятно, кто будет смотреть матчи уровня «Городея» — «Ислочь»? Почтенный отец семейства с двумя дочками и ОМОН?

Так может власти правы?

Радикальные фанатские группировки — обязательный атрибут самого массового вида спорта в мире. И желание властей оградить детей и «нормальных» болельщиков от свастики, фашистских приветствий и жестов вполне понятно. Особенно в странах, победивших во Второй мировой войне и понёсших колоссальные людские потери.

Изображение: sportbox.ru

Катализатором волны задержаний послужила обозначенная фанатами поддержка Украины и её движений, сформировавших затем параллельные структуры власти (наподобие «Правого сектора»). Белорусские руководители болезненно реагируют на любые сообщества, претендующие на независимость от БРСМ и «Белой Руси». Это не хорошо и не плохо — это данность. Потому как любая власть защищает себя от посягательств. И в этом отношении её месседж прост и понятен — «не путайте футбол с политикой, пришли болеть — болейте». Без матерных кричалок, провокационных заявлений, пиротехники и вообще нарушения статей КоАП и УК. Закон одинаков для всех, и стадион не является кластером беззакония, хулиганства, расизма и экстремизма.

4-09.png


Но власть должна, как сейчас говорят, стремиться к консенсусу, а не заигрывать с националистами. Бело-красно-белый флаг формально не запрещён, но за него задерживают. Нынешняя форма сборной, как и её талисман-маскот, отчётливо играют бело-красными цветами. Если руководство АБФФ балуется с цветовой гаммой, вызывающей однозначные ассоциации, может не стоит так рьяно паковать людей, пришедших с флагами вроде как цветов сборной и талисмана? Особенно если они не выдвигают политических лозунгов (пока, впрочем, выдвигают).

Читайте также: Такой околофутбол нам не нужен.

Сформировать политическую силу фанаты пока не могут, но игнорировать их нельзя. Они остаются молодёжной субкультурой, которая взрослыми людьми отвергается. У них появляются семьи, дети и другие заботы. Численность ярых фанатов невелика, но это следствие действий властей, загнавших людей во временное подполье. Поэтому дальнейшая радикализация фанатов возможна, но только в интересах иной политической силы, нацеленной на дестабилизацию ситуации в стране. Неважно, какую идеологию она будет исповедовать Исходя из нынешних условий, это может быть явно антироссийская сила или направленная против действующей власти. В остальном же, как говорил Колдун из повести братьев Стругацких «Обитаемый остров», — «не знаю, как в вашем мире, а в нашем — никакая сила не остаётся долго без хозяина».

Леонид Мережковский  

Метки (тэги)
Показать больше