Мнения

«Белая Русь»: часть новой политической системы или пережиток прошлой?

В конце октября председатель РОО «Белая Русь» Геннадий Давыдько рассказал о планах по созданию на базе этого общественного объединения политической партии. Любопытно, что еще в январе 2018 года он же высказывал противоположное мнение. Разумеется, Давыдько не единожды был замечен в неоднозначных заявлениях, но сейчас, в добавок в столь серьезном вопросе он, скорее всего, просто озвучил мнение «верхов». А ведь еще чуть больше года назад Александр Лукашенко в очередной раз дал понять, что выступает против превращения этой структуры в партию. Что может стоять за планами власти по переформированию «Белой Руси» в партию и каким может быть примерный расклад политических сил в ближайшем будущем с учетом возможного расширения полномочий парламента и введения пропорциональной системы в контексте ожидающейся реформы Конституции?

История «Белой Руси»

Республиканское общественное объединение «Белая Русь» было зарегистрировано в 2007 году и уже через год захотело стать партией, но против этой инициативы тогда резко возразил президент страны. Выступая с ежегодным посланием народу и парламенту, Александр Лукашенко сказал: «Говорят, что Лукашенко создает себе партию власти и чуть ли не в анкетах будет введена графа о принадлежности к «Белой Руси». Сразу отвечу на эти домыслы. Категорически не приемлю всякие пропрезидентские политические структуры. Всегда опирался и опираюсь на народ, а не на какие-то группы или кланы».

Позже вопрос преобразования в партию активно обсуждался в «Белой Руси» в период всех крупных политических кампаний, и в 2010, и в 2012, и в 2015-2016 годах, но все эти планы по-прежнему разбивались о позицию Главы государства – вероятно, он просто не хотел появления партии власти, которая имела все шансы рано или поздно попытаться стать профсоюзом госчиновников, с которым ему пришлось бы считаться.

В апреле 2018 года в ходе очередного ежегодного послания Президент Лукашенко снова высказался об идее «Белой Руси» стать политической партией так:

«Она фактически самая мощная организация. Фактически завтра может быть партией. Откровенно говоря, я их уже сдерживаю — не рвитесь туда».

В сентябре 2019 года Александр Лукашенко, общаясь с трудящимися в Кореличах, сказал следующие слова: «Вы будете знать в лучшем случае пять партий и их руководителей. Люди обычно голосуют за лидера. А там по списку уже никто не знает. Они сами поставят там детей, внуков, любовниц, любовников. Всех туда пропишут. Я сказал нет». И хотя эти слова относились к идее о преждевременности избирать парламент по партийным спискам и сохранении мажоритарной системы — большинство наблюдателей посчитало, что они были направлены, в первую очередь, в сторону представителей «Белой Руси».

И вот в конце октября, в самый разгар «острого политического кризиса», о наличии которого утверждают противники действующей власти, председатель РОО «Белая Русь» Геннадий Давыдько вдруг заявляет:

«Похоже, что нам нужно формировать партию. Предварительное условное название – партия народного единства «Белая Русь». Слово «единство», скорее всего, предполагает правоцентристскую партию с хорошим левым молодежным крылом, с социальными гарантиями».

По словам Давыдько, в настоящее время начинается работа над уставом и программой политической силы. Кроме этого, он заверил, что возглавлять партию он не собирается и что лидера будут искать — это должен быть «молодой уверенный государственник». Партию планируют организовать сразу после реформы Основного закона, констатировал Давыдько.

C:\Users\user\Desktop\1603273510.jpg

Судя по всему, белорусские власти полностью устраивала нынешняя роль «Белой Руси», которая в течении многих лет поставляла надежные кадры для избиркомов, наблюдала за выборами, выполняла иные небольшие, но важные тактические задачи. Поэтому казалось, что «Белая Русь» в обозримом будущем продолжит оставаться «спящим проектом», активация которого отложена до лучших времен. Но все изменили события лета-осени нынешнего года, в ходе которых, в числе прочего, оппоненты действующей власти начали создавать свои политические структуры, ставившие своей целью организацию процесса «по мирной передаче власти». На первый взгляд, появление подобных структур, руководство которых состояло, в основном, из интеллектуалов и прочих случайных людей, как правило, из числа творческой интеллигенции, и не несло для власти прямых угроз, тем более, что большинство лидеров этих незарегистрированных организаций в настоящее время либо арестованы, либо находятся за пределами страны. Но проблема заключалась в том, что тысячи и иногда даже десятки тысяч граждан, выходивших с неожиданным для властей упорством каждое воскресенье на улицы белорусской столицы, считали именно данные структуры легитимными носителями власти, а действующую власть страны – нет.

Не исключено, что это была одна из причин, подтолкнувших власть расконсервировать спящий проект по превращению «Белой Руси» в политическую партию, причем с далеко идущими планами. Разумеется, еще нужно дождаться реакции «главного избирателя страны» на подобную инициативу Геннадия Давыдько, но если данное предложение исходит от настолько «системного» человека, коим является Геннадий Брониславович, ранее трижды избранного в Палату представителей (депутатом которой он и сейчас является) и занимавшего в свое время пост руководителя Белтелерадиокомпании – можно с высокой долей вероятности утверждать, что оно будет поддержано наверху. Также вполне возможно, что идея дать отмашку РОО «Белая Русь» на превращение именно сейчас ее в политическую партию родилась в недрах Красного дома и «человеку системы» Давыдько просто доверили ее озвучить. Как говорится, «если партия прикажет». И вот такой приказ поступил.

Организация или де-факто партия?

По ряду признаков «Белая Русь» уже является партией. Организационные структуры имеются во всех областях и районах. Бренд «Белая Русь» узнают и знают – регистрация политической партии являлось бы формализацией статуса и той известности в обществе, которые есть у организации в настоящее время. Количество членов «Белой Руси» около 180 тысяч человек (больше — только у ФПБ).

C:\Users\user\Desktop\000019_1ED931A65CDEF6BF432585E5002B990E_170895.jpg

16 сентября Александр Лукашенко во время встречи с политическим активом страны высказался о партийном строительстве. По словам Главы государства, до того, как будет принята новая Конституция, надо вернуться к партийной системе, пройтись по закону о политических партиях.

«Давайте спокойно заниматься этой работой. Большое дело не делается впопыхах, оно должно вызреть, — сказал Александр Лукашенко. — Ранее мы не занимались серьезно партийным строительством. Не было запроса на партии».

Глава государства констатировал, что современное общество структурируется, и оно должно иметь свои политические организации, включая партии, и затем напомнил, что в настоящее время в Минюсте зарегистрировано 15 партий.

«Но мы же понимаем, что это не партии. Когда 10 из них отклонились от своих уставов, задач и требуют новых выборов. Министру юстиции поручаю тщательно посмотреть на все партии — соответствуют ли они требованиям по численности, структуре, работают ли по своему уставу. Надо провести их перерегистрацию». Лукашенко подчеркнул, что «уже давно идет работа над новым законом (о политических партиях), но нужен результат».

2 октября возможные изменения в законодательстве о политических партиях были затронуты в выступлении председателя Палаты Представителей Владимира Андрейченко на открытии осенней сессии парламента. Парламентарий подчеркнул, что такие изменения должны стать органичными и, к тому же, способными обеспечить представительство различных групп общества в органах государственной власти. По словам Андрейченко, это сложная задача, требующая «соответствующей корректировки Избирательного кодекса».

Казалось бы, почему это вдруг власти начали говорить о политических партиях, о новом Законе, регулирующим деятельность этих структур, а также о возможных изменениях в Избирательном кодексе?

Что нас ждёт в политическом поле в будущем?

Дело в том, что еще 10 сентября десять из пятнадцати зарегистрированных в нашей стране политических партий (из этих десяти — шесть являются оппозиционными, а четыре имеют репутацию провластных) подписали резолюцию с требованием прекратить насилие и наказать виновных, а также начать диалог власти и общества с участием всего спектра политических сил с целью проведения досрочных президентских выборов в течении полугода. Т.н. «партийный бунт» можно считать знаковым событием — никогда еще такой широкий спектр политических сил не подписывал совместных резолюций.

C:\Users\user\Desktop\20-09-10_17-40-25_0.jpg

Разумеется, со стороны властей ответная реакция на подобное не заставила себя ждать – вот почему Александр Лукашенко 16 сентября поручил Министерству юстиции провести перерегистрацию существующих партий. И вот уже 14 октября Минюст выносит предупреждение Белорусской партии «Зеленые». Среди указанных нарушений — отсутствие областных структур и невыполнение установленного порядка отчетности. В конце октября профильное министерство в рамках кампании по перерегистрации запросило у политических партий предоставить списки членов. Пять оппозиционных партий отказалась предоставить Минюсту такие списки, поскольку и процедура, и само понятие перерегистрации законом не предусмотрены, как не предусмотрено и предоставление полных списков после получения регистрации партии.

Если так пойдет и дальше, то вовсе нельзя исключать, что в ближайшем будущем некоторые из существующих политических партий могут быть лишены регистрации – тем самым, эти структуры будут исключены из легального политического процесса, что, например, лишит их возможности выдвигать своих кандидатов на выборах депутатов местных советов и депутатов Палаты представителей, минуя этап сбора подписей. Вполне возможно, что зачистка политического поля для лояльных властям партий началась.

Вместе с тем в партийном пространстве появляются новые игроки. Так, в конце октября руководство действующей с 2016 года Гражданской инициативы «Союз» решило учредить в Беларуси политическую партию с соответствующей идеологической платформой (ее платформу некоторые политически обозреватели называют пророссийской). Если к этому добавить планы «Белой Руси» трансформироваться в политическую партию, озвученные почти одновременно с заявлением о намерениях «Союза» стать партией, то все это выглядит так, что власти просто опасаются консолидации интересов номенклатуры в рамках одной партии в новой политической системе, которая может быть сформирована после принятия новой Конституции.

В этой связи будет уместно упомянуть появившееся в конце августа заявление команды экс-претендента в кандидаты в президенты Виктора Бабарико о планах по созданию политической партии «Вместе». Действительно, создание подобной структуры позволило бы объединить всех сторонников перемен и способствовало институционализации разрозненных и разношерстных протестов несогласных с действующей властью. Причем электоральная база такой «партии против власти», если принять во внимание логику большинства оппонентов действующего президента и голосующих «за кого угодно, лишь бы не за него», не такая уж и маленькая. На выборах президента 9 августа кандидат Тихановская получила 10,12% или 588 619 голосов. Скорее всего, подавляющее большинство граждан, голосовавших за Тихановскую по причине того, что они не хотели голосовать за Лукашенко, также могли бы поддержать и «партию противников режима», если провести выборы в парламент по партийным спискам в ближайшее воскресенье.

Некоторыми обозревателями даже высказывались предположения, что инициатива власти по трансформации «Белой Руси» в политическую партию было ни что иное, как реакция на заявление Виктора Бабарико о планах создания собственной партии. Вряд ли у нынешних белорусских властей дела идут настолько плохо, что они испугались видеообращения экс-банкира, на момент публикации видео находившегося в СИЗО под следствием, что тут же решили реанимировать проект по превращению «Белой Руси» в партию. Скорее всего, у власти в этом вопросе имеются свои долгосрочные цели, появившиеся задолго до публикации заявления Виктора Бабарико.

Весьма вероятно, что на фоне возросшей в последние месяцы политизации общества перекраивание партийного поля продолжится: некоторые партии могут вообще исчезнуть, также как могут возникнуть новые политические организации. Особенно активно этот процесс может проходить ближе к проведению избирательных кампаний: если исходить из реалий сегодняшнего дня, то следующие выборы в местные советы должны пройти в конце 2021 года либо в начале 2022 года, а следующие выборы в Палату представителей – осенью 2023 года. Так что «Белая Русь» и «Союз», вполне возможно, могут быть далеко не единственными, кого зарегистрирует Минюст в качестве политических партий, когда (и если) для этого сложатся все необходимые условия.

27 ноября Александр Лукашенко во время посещения 6-й городской клинической больницы Минска еще раз высказался о своем отношении к введению пропорциональной избирательной системы в нашей стране. По его мнению ситуация, когда избиратели голосуют за партийные списки на парламентских выборах, «чревата расколом в обществе и возникновением групп с различными интересами». Но тут же добавил: «Все это хорошо, когда ты это у других видишь — партийные списки и прочее. Но если вы этого хотите, и народ за это проголосует — так и будет».

C:\Users\user\Desktop\14125604_530428590479929_8929357169769581211_o.jpg

Скорее всего, в ближайшие годы нас ждет появление новой Конституции, с перераспределением нынешних полномочий президента в пользу других ветвей власти, в первую очередь – парламента. Звучат предложения создать однопалатный парламент вместо нынешнего двухпалатного и прочие, еще более неожиданные — например, наделить этот законодательный орган правом выбирать президента. В настоящее время ясно одно: если роль парламента в новой политической системе будет увеличена, то и сам парламент, скорее всего, будет быть расширен.

Согласно действующей Конституции количество членов Палаты представителей составляет 110 человек, избираемых по одномандатным округам. Если в стране будет введена пропорциональная система выборов, когда члены парламента избираются туда по спискам политических партий, участвующих в выборах – избирательный процесс одномоментно будет обезличен. Основываясь на опыте стран, в которых существует подобная система, избиратели обычно знают первых трех политиков из списка партии, хотя и отдают свой голос за список целиком. Кроме того, сами депутаты потеряют связь с избирательными округами, от которых они выбираются в сейчас, и в которых как правило проживают. По этой причине будет выглядеть вполне логичным переход к смешанной системе выборов, в нашем случае – оставить 110 депутатских мест, избираемых от одномандатных округов (чтобы не ломать нынешнею систему), и добавить к этому еще 110 депутатов, избираемых уже по партийным спискам. В итоге получается 220 членов парламента.

В принципе, цифры могут быть и другие: например, можно в два раза увеличить количество избирательных округов путем деления пополам существующих сейчас, чтобы не нарезать округа заново, нередко выходя за границы административных единиц (так уже бывало в начале 2000-х годов) — тогда количество депутатов-одномандатников возрастет до 220 человек. В этом случае вторая половина парламента, избираемая по спискам, в идеале также должна равняться числу в 220 человек, и численность парламента составит 440 депутатов.

Самое интересное – какие политические силы могли бы войти в новую версию парламента, хотя бы из тех, что будут избираться туда по пропорциональной системе? К сожалению, сделать более-менее точный прогноз сейчас невозможно, потому как мы не знаем, каким будет минимальный процентный барьер для попадания в парламент – иными словами, не менее какого числа процентов голосов избирателей должна получить партия для того, чтобы войти в парламент. Ведь по опыту все тех же «других стран», где такая система действует, высокий процентный барьер отсекает от попадания в парламент т.н. малые партии, которые теоретически могли бы туда попасть, будь этот барьер ниже.

Вторая проблема заключается в практическом отсутствии актуальных социологических исследований на этот счет. Самое свежее из них – это опрос Института социологии Национальной Академии наук, проведенный в июле-августе 2017 года. При ответе на вопрос «Если бы в белорусский парламент выборы проводились по партийным спискам, то за какую политическую партию вы проголосовали бы?» первое место «в рейтинге партий» поделили Коммунистическая партия Беларуси и Республиканская партия труда и справедливости с 2,6% у каждой. Правда, в нынешнем, VII созыве Палаты представителей у КПБ есть аж 11 мест (то есть 10% от общего числа мест в палате), а у РПТС – целых 6 мест, что тоже неплохо. У Либерально-демократической партии, согласно все того же опроса, 1,9% электоральной поддержки, а на прошлогодних выборах в парламент был избран 1 депутат с партийным удостоверением ЛДПБ. В общем, делать какие-либо предположения на тему «если введут выборы по спискам, попадет ли в парламент БНФ, и если попадет, то который из них» сейчас не представляется возможным – слишком много неизвестных и еще слишком многое может поменяться в ближайшем будущем.

Согласно результатов все того же социологического исследования, с одной стороны, рейтинг большинства политических партий находится в пределах статистической ошибки. А с другой – все вместе взятые партии совокупно имеют 24% процента поддержки населения. На первый взгляд, выглядит логичным, что оставшиеся 76% — это, как раз та аудитория, с которой партии могут и даже должны работать, доносить до нее свои ценности и пытаться склонить на свою сторону. Но это только на первый взгляд. Напомню, что на недавних президентских выборах Александр Лукашенко получил чуть больше этих 76%, а именно — 80,1%. Конечно же, приводить подобные параллели и на их основе делать выводы было бы не в полной мере корректно, но позволю сделать предположение, что эти 76% процентов «неопределившихся» вряд ли являются аудиторией данных политических партий (даже с учетом того, что некоторые из них неофициально носят статус провластных).

В VI созыве Палаты представителей (2016-2019 годы) членами РОО «Белая русь» являлось 68 человек из 110 общего числа депутатов. Это 61,8% состава Палаты, что значительно больше, чем половина и чуть-чуть не дотягивает до двух третей. Даже с учетом частичного обновления депутатского корпуса в нынешнем, VII созыве парламента процент членства депутатов нижней палаты в «Белой Руси», скорее всего, остался близким к прежнему. Измени это общественное объединение статус на политическую партию хоть завтра – и парламентское большинство у власти в кармане.

C:\Users\user\Desktop\000022_106949_big.jpg

Даже если в скором будущем расширение полномочий парламента, изменение его структуры и механизма избрания части депутатов (в том числе, и по партийным спискам) действительно случится, то что мешает Красному дому получить до двух третей парламента вполне честным способом, выстраивая избирательную кампанию новой партии по простому принципу «если ты за Батьку – значит голосуй за Белую Русь», а на оставшуюся треть депутатских мест великодушно не мешать избраться представителям других партий – начиная от т.н. провластных и заканчивая маргинальными, которые в любом случае погоды уже не сделают? Ведь в этом случае контрольный пакет голосов в парламенте и без того уже будет у действующей власти. Вы хотели расширения полномочий парламента? Мы сделали. Хотели выборы по партийным спискам? Пожалуйста. А то, что в институт поступили те, кому это больше всего было нужно – ну извините: надо было лучше работать во время выборов, предлагать более популярные программы, чем у «Белой Руси», и т.д. Как говорится, за что боролись.

Александр Телевич

Back to top button