Мнения

Кампания-2020: протесты ради протеста?

Александр Телевич

В последние несколько недель кампания-2020 идет как бы на холостом ходу: сбор подписей закончился 19 июня, а имена кандидатов в президенты ЦИК объявит только 14 июля. После уличных акций и массовых задержаний 20-х чисел июня наступило временное затишье. Эмоции первых дней отошли на второй план и появилась возможность проанализировать, что это было, какие действия предприняла власть и самое главное – попробовать спрогнозировать, как может развиваться ситуация в плане массовых протестов в ближайшие недели.

«Подписная революция», несколько реально сильных соперников, волна интернет-фейков, неожиданно массовые уличные акции конца июня – возможно, впервые за 26 лет своего существования режим Лукашенко столкнулся со столь серьезными угрозами.

Вечером 19 июня в Минске от 1000 до 2000 человек выстроились вдоль проспекта Независимости, образовав т.н. цепь солидарности. Формально мероприятие еще укладывалось в рамки сбора подписей за выдвижение кандидатов в президенты. В 19 часов того же дня завершился прием подписных листов в территориальные избирательные комиссии и, с этого момента и до дня регистрации кандидатов в президенты в отношении уличных акций вновь действует исключительно закон о массовых мероприятиях, который лишает возможности легально проводить незапланированные мероприятия, а запланированные – только с согласия властей и за немалую плату. Ведь еще в январе 2019 года правительство РБ приняло постановление № 49, согласно которому заявители уличных акций стали обязаны оплачивать услуги по охране общественного порядка, а также расходы, связанные с медобслуживанием и уборкой территории после проведения на ней своего мероприятия. 

И вот уже участников аналогичной акции 20 июня в Минске и в некоторых регионах задерживали, что называется, по полной – хватали всех, в том числе и просто прохожих. Некрасивая ситуация возникла в Гомеле в связи с задержанием двух глухонемых парней — молодые люди просто не услышали требование разойтись. Радует, что МВД нашло в себе силы извиниться перед задержанными: министр Караев приказал начальнику УВД поехать и извиниться перед обществом глухонемых и лично перед задержанными.

В целом же режим применил свой проверенный метод, а именно: бить точечно в очаги возможного возникновения протеста, тем самым, душить эти протесты в зародыше. А еще этими действиями «делать прививку» потенциальным участникам будущих протестов, ясно давая понять, что будет, если нарушить классическую установку властей «больше трех не собираться».

Лейтмотивом кампании противников действующей власти уже стали мемы «Саша 3%» и «Я/Мы 97%». Первый появился после известных нерепрезентативных интернет-опросов, в результате которых один из альтернативных претендентов в кандидаты набрал неожиданно большой процент, а действующий глава государства Александр Лукашенко – те самые 3%. Второй мем – логически обратная сторона первого, причем в плане дизайна неплохо визуализированный. На фамильярность использования уменьшенного варианта имени Александр 22 июня во время встречи с противниками аккумуляторного завода в Бресте намекал Глава государства, при этом напомнив о недопустимости оскорблений в отношении кого бы то ни было.

За несколько дней до этого у курьера сувенирного магазина Symbal.by милиция изъяла 419 футболок с надписью «ПСIХОЗ%» — производным лого от мема о 3-х процентах. После этого проверяющие органы побывали в магазине на минском проспекте Машерова, а 17 июня санстанция распорядилась закрыть цех, в котором изготавливалась данная и подобная ей продукция. В тот же день руководство магазина заявило, что с 29 июня останавливает свою работу. После этого заявления у магазина выстроилась небольшая очередь из желающих приобрести его продукцию. Очень быстро к магазину подъехал автозак – часть стоявших в очереди успели разбежаться, а около 20 человек было задержано. В заявлении официального представителя минской милиции говорилось, что «ОМОН прибыл из-за конфликта, который возник у стоявших в очереди с местным автолюбителем».

А потом произошло совсем неожиданное. Несколько артистов и телеведущих независимо друг от друга начали высказываться в социальных сетях о недопустимости применения чрезмерной жестокости представителей правоохранительных органов в отношении задержанных, примерно, как «люди просто стояли в очередь в магазин, зачем же так жестко с ними обращаться?» и так далее. Заметьте, это не единичный казус телеведущей Зинаиды Бондаренко, ушедшей в оппозицию в начале 2000-х – проблема имеет более серьезный характер. Степень напряжения попытался чуть уменьшить Глава государства во время встречи с активом города Минска 7 июня, обратившись к творческим людям: «творите, собирайте залы, сколько заработаете – все ваше». Кадры с Заслуженным артистом РБ Александром Солодухой, стоящим рядом с президентом Лукашенко во время торжественного мероприятия, посвященного Дню независимости Республики Беларусь, видели, наверное, все. И хотя многие из упомянутых медийных персон, возмутившихся слишком жесткими действиями милиции, в последствии были отстранены от эфира – все эти действия решат проблему едва ли.

Многие отечественные наблюдатели отмечают в ходе кампании-2020 небывалую политическую активность масс — мол, посмотрите, сколько тысяч человек вошло в инициативные группы альтернативных кандидатов и сколько сотен тысяч подписей собрали в свою поддержку эти альтернативные кандидаты. Им можно возразить. Во-первых, большое количество членов инициативной группы вовсе не означает, что все эти люди действительно участвовали в сборе подписей. Во-вторых, многие из тех, кто подписывался за альтернативных кандидатов, ставили подписи одновременно более чем за одного. Поэтому складывать сотни тысяч подписавшихся и получать на выходе число более миллиона «сторонников перемен» мне видится не совсем корректным, наоборот – полученное число следует разделить как минимум на два. И лучше вспомнить, сколько подписей в поддержку Бабарико и Цепкало было признано недействительными, на основании чего последнего вообще фактически сняли с выборов, а у Канопацкой и Черечня, наоборот, засчитанных подписей оказалось гораздо больше, чем ранее было объявлено их штабами, что также не может не вызывать вопросов в отношении качества работы этих претендентов в кандидаты.

Вместе с тем те же наблюдатели отмечают довольно массовые попытки граждан войти в члены участковых избирательных комиссий (УИК), чего на выборах-2015 не было, а если и имело место, то все же не столь массово, как в этом году. Понятно, что большинство этих граждан в итоге в состав УИК включены не были, но проблему для властей это не отменяет — в этом году интерес к президентской кампании проявляют даже те, кто раньше был «вне политики».

За первые сутки под интернет-петицией выпустить Бабарико из СИЗО подписалось более 200 тыс. человек. И хотя платформа, на которой была размещена данная петиция, лежит вне белорусской юрисдикции, а, следовательно, подписи под петицией не имеют юридической силы, это еще один тревожный звонок для властей.

Или еще пример. Компания BY_Help за шесть дней собрала более 100 тысяч долларов США на помощь т.н. «политическим заключенным» — примерно 55% пожертвований пришли из-за рубежа, и 45% — из самой Беларуси.

В этой связи будет уместно вспомнить «акции солидарности» — мероприятия белорусской эмиграции, прошедшие в Санкт-Петербурге, Нью-Йорке, Филадельфии, Бремене, Вашингтоне, Париже, Лондоне, Копенгагене, Стокгольме, Варшаве, Риге, Киеве, Москве, Измире, Тель-Авиве, Мадриде, Барселоне, Праге, Вене, Берлине, Гааге, Сан-Франциско, Денвере, Атланте, Лос-Анджелесе, Ванкувере, Бали, Братиславе, Дубае, Лимассоле, Мюнхене, Вильне, Бостоне, Манчестере и т.д. Для белорусского режима эти мероприятия угрозы пока что не представляют, хотя акций такого масштаба с настолько богатой географией я в прошлом не припомню.

А вот эксперты ООН, требующие от Беларуси воздержаться от жестких мер в отношении демонстрантов накануне выборов президента (заявление было размещено на сайте Верховного комиссара ООН по правам человека) – это гораздо серьезнее, чем разрозненные выступления соотечественников, в разное время покинувших нашу страну. Заявление составили спецдокладчики ООН по ситуации с правами человека в Беларуси Анаис Марин, по вопросу о правах на свободу мирных собраний и свободу ассоциации Клеман Ниалетсосси Вуле, и еще несколько статусных сотрудников Организации Объединенных Наций. С подобными заявлениями белорусская власть вынуждена считаться или, по крайней мере, принимать их во внимание при планировании своих действий.

Судя по всему, кампания-2020 для Александра Лукашенко вполне может стать самой сложной за его карьеру президента. 9 июля во время встречи с коллективами крупнейших СМИ это косвенно признал уже и сам Глава государства, сказав, что «такого давления, как в текущий период, Беларусь не испытывала за все время независимости».

Нельзя сказать, что власти ничего не делают. Так, с 1 июля на 6% были увеличены пенсии (хотя это стандартно делалось в 2010-м и в 2015-м годах и именно незадолго до выборов президента). Также для пенсионеров на месяц (теперь – до конца октября) был продлен льготный проезд в поездах региональных линий экономкласса и пригородных автобусах. Президент Лукашенко очень эффектно взял под свой личный контроль ситуацию с плохой водой в двух районах Минска, попутно пошутив: «куда-то я отъехал, так вы в Минске воду загадили, уже, когда уезжаю куда-нибудь, спички прячу, чтобы вы не подожгли страну». 1 июля Лукашенко подписал распоряжение «О дополнительных мерах по решению актуальных вопросов жизнедеятельности населения», в котором содержится широкий спектр задач: развитие электротранспорта, ремонт дорог и мостов, качество воды, зарплаты, цены, вопросы образования и здравоохранения. Но для того, чтобы сбить протестную волну, этого уже мало.

25 июня власти Минска определили шесть мест для проведения массовых мероприятий в рамках предвыборной агитации: парк Дружбы Народов, парк им. 50-летия Великого Октября, Киевский сквер, парк им. Грековой, сквер Жукова и Тучинский сквер. Разумеется, ни одна из этих площадок не находится в центре белорусской столицы.

8 июля МВД РБ напомнило об ответственности за нанесение надписей в общественных местах. А днем ранее Генеральная прокуратура предупредила белорусов об ответственности за участие в так называемой «пробной общенациональной забастовке», проведение которой было анонсировано некоторыми интернет-ресурсами и Telegram-каналами и планировалось 3 августа в течении 2,5 часов с целью выражения требования об освобождении политзаключенных и обеспечении справедливости избирательного процесса. И вот тут власти явно перестарались – очень многие наши сограждане узнали о данном проекте не из Сети интернет, а именно благодаря заявлению Генпрокуратуры.

Еще 19 июня в Минске во время проведения цепи солидарности имели место жалобы на отключение мобильного интернета со стороны одного из операторов связи. 25 июня министр внутренних дел Юрий Караев, отвечая в парламенте на вопросы депутатов, сказал, что «незаконные уличные акции хорошо организованы и управляются через Telegram-каналы».

С момента задержания Сергея Тихановского в Гродно, то есть за месяц с 29 мая до конца июня, в Беларуси были задержаны минимум пять блогеров: Сергей Петрухин и Александр Кабанов (авторы YouTube канала «Народный Репортер»), Владимир Цыганович (YouTube канал MozgON), Игорь Лосик (Телеграм-канал «Беларусь головного мозга»), Владимир Неронский (YouTube канал «Слуцк для жизни»). Некоторым из задержанных инкриминируют 342 статью УК РБ – организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок.

8 июля в ходе уже упомянутой встречи президента Лукашенко с активом города Минска, Глава государства высказался в присущей ему манере, что «блогеры напрасно думают, что они формируют общественное мнение» и что когда ему докладывают о блогерах, он «начинает затылок чесать и думать: кто же это такие». Скорее всего, наверху просто пытаются сохранить хорошую мину при плохой игре, потому как явно понимают всю серьезность ситуации.

Это раньше, по мнению ряда экспертов, белорусские власти не так сильно зачищали интернет, потому что были уверены, что их контроль над ТВ и печатными СМИ дает почти полное влияние на общество. Но, например, паблик “Мая краіна Беларусь” за последние три месяца вырос в три с половиной раза; «Беларусь головного мозга» делает в день около 15 постов, каждый из которых набирает от 300 до 1000 репостов. Аналогично растут и сайты: например, в мае посещаемость «Радио Свобода» выросла в 2-3 раза.

Судя по всему, власти ощутили, что эту битву они проигрывают. Один из вариантов решения проблемы — полное отключение и блокировка социальных сетей, например, как это было сделано во время президентской кампании в Казахстане в прошлом году. Однако, во-первых, в таком случае будет потерян образ IT-страны и вообще восточноевропейского IT хаба, а это уже серьезные имиджевые издержки. А во-вторых – подобные шаги пагубным образом воздействуют на экономику. Не исключено, что белорусские власти пойдут на этот малопопулярный шаг, так как другой альтернативы исключить инфлюенсеров из политического поля у официального Минска просто нет. Кстати, в таком случае будут «выключены» блогеры, которые делают свой контент из-за границы.

Вполне вероятным представляется также отключение интернета не полностью, а только сегментами: например, географическими – примерно так, как пропадал мобильный интернет в центре города во время массовых акций (причем не отправлялись только крупные пакеты данных, а телефон показывал, что соединение есть). Так что проблемы с мобильным интернетом в центре Минска 19 июня, вполне возможно, были учениями в условиях, максимально приближенными к боевым.

Небезынтересную мысль высказал доктор социологии, основатель и директор лаборатории NOVAK Андрей Вардомацкий: «Беларусь будет региональной лабораторией онлайнового протеста», как раньше всегда была лабораторией борьбы с протестом.

Но есть одно «но». 1 июля в подземном переходе на выходе из метро в районе Комаровского рынка автору этих строк вручили анонимную листовку со следующим текстом: «Дорогой друг! Ты, наверное, следишь за новостями. Последние события могли тебя расстроить. Наша сила в нашем оптимизме. Так неужели в этот ответственный момент мы должны грустить? Улыбнись! Только с улыбкой мы всего добъемся». Ни подписи, ни выходных данных.

Надписи «3 %» на пешеходных дорожках и прочих поверхностях, сделанные баллончиком с краской, уверен, видели многие. После таких вот листовок и асфальтно-настенного творчества, если оперировать категориями, которыми выражается президент Лукашенко, складывается четкое убеждение, что «кукловоды, которые сидят за пределами Беларуси» держат в уме вариант полного отключения интернета – вот почему стали задействованы классические каналы коммуникации, работавшие еще в доинтернетовскую эпоху.

У этого общественного протеста нет явных лидеров – самоорганизация происходит на низовом уровне. Вожаки «классической улицы» в конце июня находились за решеткой, а люди продолжали участвовать в акциях. С подобной самоорганизацией бороться крайне затруднительно. И это тоже еще одна проблема для властей. Но есть один нюанс – все это выглядит так, как будто люди самоорганизовываются.

Противники действующей власти (многие их них еще называют себя сторонниками перемен) любят повторять, что «мы не народец – мы народ» и «народ просыпается». Хотя последний тезис – это, скорее, попытка выдать желаемое за действительное. Кроме этого, уже заранее вводится в общественное сознание, что результат выборов будет сфальсифицирован.

Я бы не сказал, что имеет место такая уж сильная политизация общества, как хотелось бы многим — вот не «бурлит» народное недовольство ни в очередях, ни в электричках, ни в курилках, в отличие, как это «бурлило» там же в начале 1990-х. Конечно, подобное сравнение ненаучно, но все же. Градус политизации общества, равно как процент сторонников перемен искусственно завышен. Но это, опять же, лишь предположение.

С другой стороны, в «интернетах» действительно ощущается определенное движение. На лицо наличие как бы двух реальностей, существующих параллельно: одна бурлит, а второй все глубоко индифферентно. Верно отмечают некоторые наблюдатели, что политика переместилась в интернет и протесты перешли в онлайн — произошло переосмысление такого формата, вплоть до приравнивания его к традиционному уличному.

В конце июня в цепях солидарности было много молодежи. Как видим, выросло целое поколение, кто застал Площадь-2010 и молчаливые протесты-2011 в политически младенческом возрасте. Некоторые обозреватели называют их непоротым, небитым поколением. В основном они раньше не участвовали в массовых акциях и не видели своими глазами, на что способны белорусские власти при подавлении несанкционированного протеста (видео с Youtube и рассказы старших товарищей не идут ни в какое сравнение с личным опытом участия в массакциях).

Есть некоторая вероятность того, что «новые» протестующие в ответ на мирный протест и сталкиваясь со слишком жесткими действиями со стороны милиции в отношении них могут действовать также неожиданно резко. Наверное, только этим и можно объяснить попытки людей «отбить» задержанных у ОМОНа во время массовой акции в Молодечно 19 июня (вообще-то за такие действия предполагается уголовная ответственность).

Будут ли иметь место уличные протесты в ходе нынешней избирательной кампании? Вопрос открыт. Против чего могут выступать протестные массы или, наоборот, в защиту чего именно? Первое, что приходит на голову — это «свободу Виктору Бабарико!». Как уже говорилось выше, имена кандидатов в президенты ЦИК объявит только 14 июля. Допустим, Бабарико не зарегистрируют – тогда в этом случае вечером 14 июля протесты возможны. Будут ли они продолжаться в последствии? Тут возможны варианты. Например, один раз в неделю или по выходным. Но в этом случае эти протесты могут быстро сойти на нет, как это уже было с т.н. «молчаливыми протестами» в 2011 году. Да и сам Бабарико еще недавно не призывал открыто ни к площади, ни к улице, лишь мягко давая понять, что «если люди пойдут на площадь, я буду вместе с народом». Лично мне очень интересно, если Бабарико откажут в регистрации, то как много его сторонников выйдет на улицу в знак протеста.

Сегодня многие гадают о другом: будет ли «Площадь» в этом году, вечером 9 августа, или не будет? Есть некоторые основания полагать, что в основной день голосования могут проводится экзитполы – опросы на выходе с избирательных участков. Причем основной задачей этих опросов будет не собрать реальные цифры, а просто показать, что экзитполы проводились и опубликовать заранее заготовленные цифры (конечно же, не в пользу действующего президента), после чего призвать людей на площади «защищать свой выбор». Основная масса избирателей обычно голосует с 12 до 14 в основной день выборов. То есть цифры, полученные к 14 часам 9 августа можно будет опубликовать в интернете (не забываем, что отличительная черта этой кампании это фейки, распространяемые через интернет и Telegram-каналы, но это только при условии, что в определенных регионах или в целом в стране у всех будет доступ к интернету и мобильной связи). Также не исключено, что власть, даже позволит людям собраться центре столицы и других крупных городов и просто «выпустить пар». Вопрос в другом — что будет дальше? Ведь можно просто помитинговать и разойтись. Главное, чтобы не было провокаций.

Интересно, что ранее в ЦИК заявили, что традиционного пресс-центра во Дворце Республики на этих выборах не будет по вполне уважительной причине: пандемии коронавируса. Планируется, что сообщать текущие результаты голосования председатель ЦИК Лидия Ермошина будет в прямом эфире государственных телеканалов, а утром 10 августа состоится пресс-конференция, на которой будут озвучены предварительные результаты. Получается, что вечером 9 августа предмета для протестов у противников действующей власти попросту не будет, потому как результаты выборов в тот день озвучивать не планируется.

Тем не менее, угроза массовых уличных протестов для белорусских властей существует. 20 июня, уже на следующий день после цепи солидарности, президент Лукашенко сказал буквально, что «потеряет страну, если будет действовать демократично», а спустя несколько дней сделал еще одно важное заявление: «В Беларуси революций быть не может. Дело в том, что они себя исчерпали, да и революционеров у нас нет. Но зато «майданутых» хватает». Намек понятен.

Но проблема наличия значительного количества несогласных с действиями властей явно имеет место быть – и это понимают наверху. 19 июня Бабарико предложил вернуться к Конституции 1994 года. Глава государства очень эффектно парировал, заявив примерно то, что это будет движение назад, а он хочет двигаться вперед и, более того, два варианта изменений в Основной закон страны он считает недостаточными, мол, можно внести и более решительные поправки.

Получается, что плавная трансформация страны возможна, а общественно-политический подъем масс конца весны-начала лета нынешнего года просто подтолкнули власти к ускорению проведения этих трансформаций? И вообще, быть может власть готова пойти на перезаключение т.н. общественного договора (иногда его еще называют социальными контрактом) – Лукашенко остается у власти еще на пять лет, но взамен обещает реформы. Вот только какие именно это могут быть реформы? Давайте дождемся по крайней мере публикации предвыборной программа кандидата в президенты Лукашенко А.Г. Ведь на сегодняшний день он единственный, кто со 100% вероятностью будет зарегистрирован кандидатом в президенты-2020.

Back to top button