Мнения

«Охотник» — новый смертоносный беспилотник России

Неслучайно первый полет беспилотника «Охотник» состоялся в тот же день, когда прекратил свое действие Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, беспокоится американский эксперт. В статье The National Interest он анализирует преимущества российской разработки.

The National Interest (США): знакомьтесь: С-70, новый смертоносный малозаметный беспилотник России

Действительно ли это важное событие?

Основная мысль: Российский БПЛА С-70 «Охотник» выглядит многообещающе и очень похож на американские малозаметные беспилотники. Однако ему требуется серьезная доработка, чтобы он стал настолько малозаметным, насколько он должен быть.

7 августа 2019 года Министерство обороны России опубликовало в сети видео первого полета прототипа новейшего беспилотного летательного аппарата «Охотник», который он совершил пятью днями ранее. Этот беспилотник типа «летающее крыло» покружил около 20 минут на высоте около 600 метров над государственным летно-испытательным центром имени Чкалова в Астрахани, после чего зашел на посадку.

«Охотник» представляет собой тяжелый ударный БПЛА типа «летающее крыло» (или тяжелый «ударно-разведывательный беспилотный летательный аппарат»). Это значит, что С-70 — это малозаметный беспилотник, способный проводить смертоносные атаки, а также выполнять разведывательную функцию и служить средством радиоэлектронной борьбы.

Хотя разработка «Охотника» началась еще в 2011 году, общественность впервые увидела его 23 января 2019 года, когда в сети появились фотографии того, как трактор тянет один из этих дронов по полосе в Новосибирске.

Затем 14 мая «Охотника» сфотографировали в летно-испытательном центре имени Чкалова, когда туда приехал президент Владимир Путин. Хотя в тот момент Путин расхваливал в первую очередь возможности малозаметного истребителя Су-57, который уже запущен в массовое производство, он также упомянул о возможностях БПЛА С-70.

Если судить по снимкам со спутников, по сравнению со стоявшими рядом самолетами Су-27 («Фланкер» по кодификации НАТО) этот дрон достаточно большой, и размах его крыла составляет примерно 19 метров. Как пишет издание Jane’s, он весит около 20 тонн, и он способен развивать большую дозвуковую скорость. Во вместительном фюзеляже этого дрона есть два внутренних отсека, способных вместить более 2 тонн оружия или специализированного оборудования, а также такое количество топлива, которое позволит этому дрону пролететь около 6 тысяч километров. Этот ударный БПЛА имеет сложную поверхность, покрытую радиопоглощающими материалами, что позволяет минимизировать его заметность.

Конфигурация крыла и спрятанного в фюзеляже двигателя этого российского БПЛА очень напоминает малозаметный беспилотник ВВС США RQ-170, о существовании которого стало широко известно только после того, как один из таких беспилотников попал в руки иранцев. И Россия внимательно изучила этот американский БПЛА.

Не имеющие хвоста летательные аппараты схемы «летающее крыло» зачастую характеризуются аэродинамической нестабильностью, и идея разработки таких самолетов стала по-настоящему реалистичной только с появлением компьютеризированных электро-дистанционных систем управления, способных автоматически компенсировать эту нестабильность. Таким образом, этот первый полет должен был в первую очередь продемонстрировать полетопригодность этого БПЛА и его систем управления. Ранее «Охотник», по некоторым сообщениям, проходил рулежные испытания, а также испытания, в ходе которых он сначала поднялся в воздух, а спустя несколько секунд снова опустился на три свои опоры шасси.

Хотя в ходе испытаний 2 августа «Охотником» удаленно управлял пилот, издание Russia Beyond заявило, что он представляет собой «полностью роботизированный» БПЛА, который способен выполнять операции автономно: то есть вместо того, чтобы находиться под управлением человека, «Охотник» благодаря бортовой системе ИИ способен динамически реагировать на меняющиеся обстоятельства и выполнять заранее заданную операцию. В этом случае «Охотник» не будет связан с пилотом линией передачи сигналов, которую невозможно полностью защитить от помех или взлома.

Однако Дэвид Экс (David Axe) из издания National Interest указывает на то, что полностью автономная система может представлять собой еще больший технический вызов, нежели разработка малозаметного планера ЛА.

«Когда речь заходит о применении быстрых БПЛА с оружием на борту для выполнения военных задач, больше всего сложностей возникает с коммуникацией, системами управления полетом и компьютерными алгоритмами, а также с приемами и тактикой управления БПЛА на дальних расстояниях в перенасыщенном воздушном пространстве, где присутствуют пилотируемые ЛА и другие силы».

Малозаметные дроны и договор о РСМД

Вполне возможно, неслучайно первый полет «Охотника» 2 августа 2019 года состоялся в тот же день, когда прекратил свое действие Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности.

Администрация Трампа ссылалась на то, что Россия нарушила условия этого договора, разместив крылатые ракеты дальнего действия на «Искандере-М», а Москва в ответ на это жаловалась на то, что множество американских беспилотников дальнего действия необходимо рассматривать как «крылатые ракеты», которые договор о РСМД запрещает.

Американские разведывательно-ударные БПЛА Reaper не являются малозаметными дронами, однако Россия, вполне возможно, беспокоится, что такие малозаметные дроны, как RQ-170, могут быть доработаны, чтобы наносить внезапные смертоносные удары.

Тот факт, что Москва не держала свой проект «Охотник» в строжайшем секрете, может служить свидетельством того, что она хотела показать российским и иностранным обозревателям свою способность наносить такие же неожиданные атаки с применением малозаметных БПЛА, которых она опасается со стороны США.

Тем не менее, заявления России о невидимости «Охотника» кажутся не слишком оправданными. Воздухозаборник и реактивное сопло его надфюзеляжного турбовентиляторного двигателя АЛ-31Ф — точно такой же установлен и на малозаметном истребителе Су-57 — нельзя назвать оптимальным для малозаметного БПЛА. Стоит отметить, что «Охотник» будет особенно заметен со стороны хвоста.

Хотя эта проблема характерна и для малозаметного истребителя Су-57, она представляет собой более серьезную недоработку в случае с дроном, который должен незаметно проникать в воздушное пространство противника (где ему придется пролетать мимо радаров и патрульных самолетов, которые будут сканировать его со всех сторон), нежели с истребителем, функция которого заключается в нанесении удара с последующим уходом.

Боевую нагрузку «Охотника» в 2 тонны тоже нельзя назвать особенно большой. Хотя профессор Вадим Козюлин сообщил изданию Russia Beyond, что «Охотник» способен нести неуправляемые осколочные бомбы и взрывчатые аэрозольные смеси, такая небольшая боевая нагрузка означает, что дрону придется нести ядерные ракеты или высокоточные управляемые ракеты, чтобы гарантировать существенный разрушительный эффект его атак. Это напоминает ситуацию с первым малозаметным истребителем американских ВВС, F-117 «Найтхок», который мог нести всего две бомбы с лазерным наведением и наносить высокоточные удары по небольшому числу целей.

И Джозеф Тревитик (Joseph Trevithick) из издания Drive, и Майкл Кофман (Michael Kofman) из Центра военно-морских исследований предположили, что С-70 может выполнять функции «верного помощника»: один или два БПЛА, связанные с пилотируемым истребителем (к примеру, Су-57), будут служить своего рода «первопроходцами», осуществляя рискованные атаки и прощупывая обстановку, пока пилотируемый истребитель буд т находиться в безопасности. Действительно, ходят слухи, что «Охотник» будет работать в связке с Су-57.

Хотя поначалу российская пресса делала акцент на ударных функциях «Охотника», недавно она назвала его платформой ведения разведки и электронной борьбы с большой продолжительностью полета. В этом случае он может проникать в воздушное пространство противника и мешать работе радаров и передаче сигналов, открывая таким образом «окно» для ракет и пилотируемых истребителей.

Эффективность «Охотника» в выполнении миссий с глубоким проникновением в воздушное пространство противника будет зависеть от того, попытаются ли российские инженеры усовершенствовать планер этого БПЛА, изменив конфигурацию двигателей. Однако обладая даже низким классом малозаметности, С-70 может послужить России полезным инструментом для выполнения разведывательных и ударных миссий при большой продолжительности полета — по некоторым данным, именно этого России не хватало в ходе ее воздушных операций против сирийских повстанцев.

Разумеется, успех проекта «Охотник» будет также зависеть от способности Москвы продолжать финансировать разработку этого БПЛА и его производство — а это довольно важный фактор с учетом того, что реализация некоторых других крупных программ российского Министерства обороны неоднократно отставала от графика.

Себастьен Роблин имеет степень магистра Джорджтаунского университета в области разрешения конфликтов. Он работал университетским инструктором в составе Корпуса мира в Китае. Роблин регулярно публикует статьи по вопросам безопасности и военной истории на сайте War is Boring.

Метки (тэги)