Около 90 процентов молодых белорусов имеют высшее образование, но не обладают нужными компетенциями |
Мнения

Около 90 процентов молодых белорусов имеют высшее образование, но не обладают нужными компетенциями

Массовость, недостаток финансирования и рассогласованность деятельности вузов и запросов рынка труда эксперты отнесли к одним из ключевых проблем белорусской системы образования. 

«Советское образование – это как минимум 8 неудачных реформ, результаты каждой из которых были весьма разрушительны. И каждая реформа – это что-то новое, тупиковое, потому как каждая следующая должна была исправлять просчеты и недостатки предыдущей», – отметил профессор, бывший проректор ЕГУ и один из экспертов в области реформы высшего образования и Болонского процесса Владимир Дунаев во время панельной дискуссии на тему советского и современного образования в Беларуси.

Как заметил философ, методолог и общественно-политический деятель Владимир Мацкевич, советское образование не стало соответствовать времени и потребностям к 1960-м годам. До этого времени оно было универсальным и соответствовало потребностям индустриального общества.

«Но мир меняется, а советского образование, которое к тому времени должно было быть диверсифицированным, осталось, по сути, конвейером, выпускающим одинаковые болванки, и стало сильно отставать от потребностей мирового развития, отставать вместе со страной», – рассказал он.

«В начале 60-х годов реформы образования прошли в Японии, Германии, Франции и других странах, и, что интересно, они достигли своей цели. В Советском Союзе ни одна из реформ своей цели не достигла», – добавил эксперт.

Образование стало массовым и некачественным

Сравнивая же ситуацию с высшим образованием в современной Беларуси и в советскую эпоху, Владимир Дунаев отметил, что она кардинально отличается. Основное отличие касается массовости современного высшего образования.

«10-15% – это потолок советского высшего образования, то есть именно такой процент молодежи попадал в вузы. А сейчас это 90%. У нас на первых курсах мест больше, чем учеников средней школы. Вопрос: зачем и почему? Это происходит как по причинам экономическим, так и социально-политическим», – отметил он.

По его словам, запрос на массовое образование – это запрос социального равенства и запрос экономики, требующий определенных квалификаций и компетенций, которые невозможно получить вне высшего образования. При этом массовость образования предполагает сохранение качества, что требует вкладывания в систему образования денег.

Как отметил эксперт, с 1950 по 1980 годы затраты на высшее образование сократились в два раза в терминах доли ВВП, а в расчете на одного студента – в шесть раз.

«И эта образовательная политика продолжается в Беларуси. Образование финансируется все хуже и хуже, что, безусловно, отрицательно сказывается на его качестве», – заключил он.

«Есть такая норма, которая заявлена в развитых странах: что на образование необходимо тратить приблизительно 2% от ВВП. В Беларуси в 2010 году этот показатель был 0,7%, сейчас – 0,54%. То есть студентов больше, а денег меньше, – рассказал Владимир Дунаев. – Извините, но у меня создается такое впечатление, что существует некий пакт между обществом и властью. Власть предлагает в обмен на поддержку дешевое, некачественное образование и нетребовательного работодателя».

Оценка качества

Хорошее образование должно быть гибким, чем оно гибче, тем оно более отвечает современным запросам, единогласно сошлись во мнении эксперты.

Белорусам в первую очередь пора отказаться от привычных застарелых потребностей, а они, в свою очередь, наоборот, отвергают все новое, заметил Владимир Мацкевич.

«Сегодня преуспевают только те общества, те страны, которые первыми успевают внедрять новое, это касается и образования», – сказал он.

Владимир Дунаев предложил посмотреть на критерий качества белорусского образования с прагматичной точки зрения и констатировал, что сегодняшнее образование, прежде всего, неактуально и не отвечает запросам рынка труда, а выпускники вузов не обладают необходимыми компетенциями.

Теневая сторона интернационализации

Что же касается интернационализации образования, как полагает Владимир Дунаев, наша страна одна из самых продвинутых в этом плане. По его словам, в Беларуси ну просто рекордное число молодых людей учится за рубежом, и это без всякой поддержки со стороны государства.

«Вообще критерий интернационализации университетов – это хороший критерий, но не для Беларуси. Хорошо, когда много иностранных студентов, но не тогда, когда это туркменские студенты, – сказал он. – И не потому что они плохие, просто это не выбор самих туркменских студентов – они, возможно, предпочли бы другие страны и другие университеты. У нас с этой точки зрения очень коррумпированная картина интернационализации образования».

«В целом же, что касается обмена студентов, их мобильности – это, конечно, само по себе положительное явление, но каков часто эффект этой мобильности? Наши студенты за рубежом учатся в основном в России – где-то около 73%, и часто не в Санкт-Петербурге и Москве, а в Смоленске и Брянске, то есть получают за границей далеко не лучшее образование. Вот такая теневая сторона интернационализации», – подытожил эксперт.

Источник: ej.by

Метки (тэги)
Показать больше

2 Comments

  1. Белорусская вышка — не более чем один из «честных» способов выкачки денег из бюджета и карманов туповатых родителей. Речь и дет не о просто несооветствии высшего образовано требованиям работодателей, а об имитации обучения и фактической торговли дипломами. Единственные островки в этом море — лишь некоторые факульеты, связанные с ИТ — но и там ситуация не проста. Говоря кратко, отдельные конторы фактически купили места в вузах для создания «кучи» специалистов под свои задачи, и потом из этой кучи отбираются те, кто соответствует лучше всего задачам этих контор в конкретный момент. Будущее же остальных выпускников довольно туманно. Что несколько не соответствует пропаганде «идти в программисты». По сути, это повторении тактики компаний Силиконовой долины из 60-70—хх годов. Тогда тоже проводилась агитация «электронщик и программист это круто и престижно». И только спустя годы обучения наивные люди удивлялись, что зарплата их ожидает совсем не та, что обещалась. А на одно место работы претендует очень много кандидатов.

  2. Что касается того, что довелось наблюдать лично при типа обучении:
    1) разорванность курсов. Например, некоторый материал проходят на первом курсе, а продолжение его на третьем или четвертом. К моменту, когда полученная информация уже забылась. Бывало и такое: Курс, для которого требовался некоторый базис, например, владение некоторым математическим аппратом, давался до того, как этот базис проходился. И речь идет вовсе не о том, что можно выучить за пару дней.
    2)»раньше на мой курс отводилось 2 семестра, но времени не хватало, чтобы изучить досконально все темы. Теперь на него выделен только 1. Я не знаю, как можно изучить эти темы за это время» — слова одного из преподавателей. И речь идет о профильном предмете. Зато введено много предметов не профильных и бесполезных, чтобы давать «комплексное университетское образование».
    3) Отсутствие практики либо ее имитация. Следует понимать…, что для инженера важно иметь конкретный опыт решения задач. И путь к этому опыту усеян ломанными деталями, неработающими прототипами и и мертвыми транзисторами. Но большинство выпускников эттого пути не проходят и такими зелеными и не опытными идут на работу. А работодателю нужен рабочий продукт сразу, без экспериментов и дополнительного обучения. Линия должна заработать через неделю и не позже. И агрегат должен быть отремонтирован завтра. И права на ошибку у вчерашнего студента как правило нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.