Мнения

От кого должен защитить Совет Безопасности

В последние недели Президент Беларуси А. Лукашенко сделал ряд громких заявлений. Они касались как возможного устранения главы государства в ближайшие дни, так и «запасных аэродромов» в случае удачной реализации планов заговорщиков. От кого и как собираются защищать государственность нашей страны?

Перехват информационной повестки

С начала протестной активности в Беларуси прошло уже 9 месяцев и за это время многое изменилось. Например, владение информационной повесткой, а через неё и умами людей, окончательно перешло к государству. Почти ничего не слышно об очередных «прорывных» встречах оппозиции в Литве и Польше и даже молодой владелец одного из самых посещаемых в Рунете Telegram-каналов (даром, что экстремистского) как-то не балует публику новыми громкими разоблачениями. Любой политик подтвердит, что если о нём не говорят, то его вроде как и нет. Зато все обсуждают новости и заявления по-прежнему президента Лукашенко, активно транслируемые госСМИ.

А. Лукашенко во время субботника в агрогородке Александрия раскрывает подробности мятежа. Изображение: sb.by

В нагнетании интриги через туманные пассажи Лукашенко явно стоит на голову выше всех своих оппонентов. Чего стоил только пространный анонс некоего «принципиального решения за четверть века», сделанный на субботнике в агрогородке Александрия Шкловского района 17 апреля. Общество тут же ринулось строить догадки, что же это может быть — конституционная монархия, вхождение в состав Российской Федерации или долгожданное сложение полномочий. Ошиблись ровным счетом все.

Выдержав элегантную недельную паузу и предоставив колумнистам возможность изложить все неверные варианты развития событий, Лукашенко раскрыл карты и представил будущего «коллективного президента»:

«Совет Безопасности будет наделён полномочиями. Он будет решать: надо вводить чрезвычайное положение мгновенно, вплоть (если кто-то шевельнется на границе) до военного. И Совет Безопасности должен принимать решение. Я говорил, что подпишу этот декрет и определю, кто будет управлять страной «если вдруг». Я должен предусмотреть всё. (…) Да, председатель будет, когда нет президента — исполнять обязанности будет премьер, он будет председательствовать. Но все решения будут приниматься тайным голосованием, чтоб не было давления никакого. Как Совет Безопасности решит: когда будут президентские выборы назначены, вводить — не вводить чрезвычайное положение, как действовать и так далее. Вот гражданские и военные в Совете Безопасности решат».

Как появился Совет Безопасности

Вопреки расхожему стереотипу Совет Безопасности Республики Беларусь был образован не «кровавым диктатором» А. Лукашенко в 1994-1996 гг., а «отцом белорусской демократии» С. Шушкевичем в ноябре 1991 года. Фактически, это был орган оперативного реагирования, созданный «в целях обеспечения государственной независимости, нерушимости

конституционного строя и территориальной целостности республики и её

национальной безопасности» спустя два месяца после провозглашения независимости Беларуси. В его состав входили 14 человек, от председателя Верховного Совета до начальника управления Белорусской железной дороги. Действовать он должен был как в мирное, так и в военное время.

Основными целями существования СБ были военная защита и обеспечение устойчивости функционирования экономики в периоды мира или войны. Позднее Совет упоминается в п. 27, ст. 84 Конституции Республики Беларусь, где указано, что президент формирует и возглавляет данный орган. Таким образом, СовБез является ровесником нашей страны и курирует жизненно важные интересы общества и государства, а также выявляет внешние и внутренние угрозы его безопасности. Просто до лета 2020 г. настолько чёрные тучи над республикой не нависали, потому и известен был СБ лишь небольшому кругу лиц, интересующихся государственной системой управления. 

Заседание Совета Безопасности 19 августа 2020 г. Изображение: belta.by

В состав СовБеза на постоянной основе входит премьер-министр (сейчас это Р. Головченко), который, вот совпадение, согласно ст. 89 Конституции временно исполняет полномочия президента, если должность последнего окажется вакантной или он не сможет исполнять свои обязанности. И это тоже не имеет никаких расхождений с законностью и статусом СБ, на что пытались указать оппозиционные порталы. А в том, что должность президента могла оказаться вакантной уже 9 мая этого года нас усиленно убеждают последние пару недель.

Защита системы

15 марта 2021 г. состав Совета Безопасности был обновлён президентским указом №106. А спустя месяц прозвучали неожиданные заявления о готовящемся покушении на первое лицо страны и его семью, сопряжённое с государственным переворотом. Из уст президента зазвучали и фаталистические нотки вроде «через мой труп», «меня не будет», но электорат тут же был успокоен волшебной пилюлей, именуемой Советом Безопасности и призванной сохранить выстроенную за 26 лет систему.

Месседж для противников и сторонников Лукашенко однозначный — не ждите и не надейтесь на крах системы, её монолитность обеспечат узкий круг высших должностных лиц и при необходимости армейские штыки (не факт, что только отечественного призыва). И дело тут, дескать, не только в одном человеке, а в самом продукте, выкованном в хрустальном сосуде стабильности за четверть века. Инерционность функционирования подобных конструкций и так очень высока. В качестве примера можно посмотреть на экс-СССР в виде России, Казахстана, Туркменистана, Беларуси, в которых славные советские управленческие традиции успешно реанимировались и радуют жителей своим существованием и спустя 30 лет после развала «нерушимого». А уж если есть желание искусственно продлевать жизнь такой системе, то у многих читателей есть шанс так и не дожить до пресловутых «перамен».

Функции Совета Безопасности Республики Беларусь. Изображение: president.gov.by

Разумеется, с уходом авторитарного лидера любые организации подобного типа проходят испытание на прочность. Отошёл в мир иной Сталин и советская партийная установка подверглась ревизии, чтобы после сгубить саму себя. Умер И. Б. Тито и Югославия пошла по пути децентрализации и распада. Не стало Э. Ходжа и по Албании начало гулять до 600 тыс. единиц стрелкового оружия, которое потом очень пригодилось косовским повстанцам. Свергли С. Хуссейна, а демократия в Ирак так и не пришла, пришёл ИГИЛ. Убили М. Каддафи и Ливия опять разделилась на племенные анклавы. И никакие законы, декреты и советы безопасности оказались не в силах этому противостоять.

Броня крепка?

Подобные охранительные меры всегда выглядят палкой о двух концах и очень сильно зависят от личности правителя. Как бы не хотелось приводить в пример некоторые демократии западного типа, но там нет смысла вводить чрезвычайное положение по ходу парламентских или президентских выборов. Система способна работать и без таковых какое-то время (греческий, итальянский, израильский парламентские кризисы, отсутствие в Ливане президента с мая 2014 по октябрь 2016 г. и т.д.). При этом никто не захватывает власть и не организует «ГКЧП». 

Но такое возможно в странах с более-менее выстроенной системой управления, где работает закон, система сдержек и противовесов и хотя бы декларируется независимость разных ветвей власти. В этом случае правовая внутригосударственная конкуренция выигрывает у силовых сценариев, вроде февральского переворота в Мьянме. Иными словами, система монолитна в своём желании следовать закону и не зависит от ухода президента, премьера или ещё кого-то. Это же проявилось и при штурме Капитолия в США. Да, народ немного побузил, но закон быстро вернул всех на землю. В случае необходимости назначаются новые выборы в обозначенные конституцией сроки, а обязанности исполняет ею же определённое лицо. 

Военные и полиция на улицах Мьянмы. Изображение: russiancouncil.ru

Другое дело при режимах, которым периодически бывает не до законов. Здесь у управленческого аппарата и психология другая, и привычка действовать «старыми» методами в «новых» условиях остаётся. Вот ещё вчера за тебя думали другие, оставалось только взять под козырёк и исполнять. И так продолжалось десятилетиями. Но вдруг сегодня главный отошёл от дел и что теперь делать тебе неясно. Привычки следовать законам нет (вообще не до них), зато возникает желание продлить существующий порядок вещей всеми силами или слегка модернизировать его. «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!», восклицают в это время разного рода «чёрные полковники» или франкисты и идут на столицу.

Как мы уже писали ранее, на протяжении горячего лета 2020 г. и пары осенних месяцев, наблюдалась тотальная недооценка противоборствующими сторонами сил друг друга. Протестующие активно уверовали в то, что ресурсов у режима на пару недель-месяцев и достаточно помахать большими флагами в центре города, чтобы всё закончилось, а действующая власть не предполагала, что на улицы могут выплеснуться сотни тысяч людей и даже выйти в регионах. Теперь же речь начинает идти, скорее, о недооценке внутренней. Грубо говоря, уверен ли действующий президент, что СовБез справится с поставленной задачей на переходный период, а не будет блокирован, арестован и сметён народными массами? И уверена ли оппозиция, что сможет повернуть ситуацию в свою пользу после неизбежного ухода действующего главы государства?

Учиться придётся на ходу

Беларусь действительно попала в один из самых тяжёлых периодов в своей истории. Если раньше мы всегда входили в состав каких-то образований, будь то ВКЛ, Речь Посполитая или СССР, то сейчас впервые оказались независимыми и при этом совершенно лишёнными политического опыта. Если даже условным Чехии и Польше уже удалось сформировать некий кейс мирного проведения избирательных кампаний, то у нас он всегда напоминает подготовку к гражданской войне с разделением на «наших» и «не наших».

Конечно, ни новая, ни традиционная оппозиция не в восторге от того, что никого из них не включили в обновлённый Совет Безопасности. Его состав, хотя формально он не обладает такими признаками, как бы намекает на то, что можно убрать человека из системы, но систему из человека не уберёшь. И что на выборах-2025 или даже 2030 будет выдвинут и победит некий таинственный преемник, который наберёт 80% голосов. Так всем будет спокойнее, даже если выборы будут проводиться в окружении БТР и водомётов.

Б. Ельцин зачитывает «Обращение к гражданам России» в Москве, где объявляет ГКЧП «реакционным, антиконституционным переворотом». Изображение: pulse19.ru.

Однако этот план может пойти кувырком, если в недрах системы уже вызрела новая поросль демократов. А если они ещё окажутся усилены поддержкой вооружённых людей (не обязательно белорусов), то ситуация, как это часто бывает в политике, пойдёт по совсем другой тропинке. Или, скажем, преемника внутри страны не отыщется, может тогда подходящий кандидат обнаружится у восточного соседа. Там люди опытные, в политике не первый год, глядишь, чью-нибудь кандидатуру в СовБезе и одобрят, обойдя вопросы гражданства (например, введя норму, что президентом может быть гражданин Союзного государства). 

Словом, надежд на свободно-демократический исход ближайших отечественных президентских кампаний всё меньше. Протестная активность своих целей не добилась, точечные санкции никого не напугали, зато зачистка теперь идёт по полной. Если весной-летом 2020 г. власть попыталась сыграть в лотерейку под названием «демократические выборы», то сейчас этот опыт однозначно признан неудачным и повторению в обозримом будущем не подлежит. В лучшем случае речь может идти об «управляемой демократии», когда выдвигаться и побеждать будут товарищи проверенные и надёжные. Гарантировать бесперебойность этого процесса должны в первую очередь силовики, а заодно и остальные «люди государевы».

Впрочем, отмечу, что все эти размышления не учитывают многочисленных «чёрных лебедей», которые имеют обыкновение неожиданно появляться перед носом. Часто они не вписываются ни в какие декреты и не подчиняются советам безопасности. Учиться и подстраиваться под них придётся буквально на ходу, что для не имеющей опыта политических игр Беларуси будет сложно вдвойне. Однако начинать когда-то всё равно нужно, ведь только так, в муках, рождается и укрепляется государственность. А сильное государство является приоритетом для всех нас, вне зависимости от политических взглядов, любимых флагов и направления взора на Запад или Восток в поисках лучшей жизни.

Леонид Мережковский

Back to top button