Мнения

Приговор Филиппу Шаврову: штраф вместо срока

Александр Телевич

19 мая суд Центрального района города Минска признал Филиппа Шаврова виновным в хулиганстве и порче имущества и оштрафовал его на 50 базовых величин (1350 BYN). Что интересно, части 1 и 2 статьи 339 УК РБ (хулиганство), по которым судили Шаврова, предусматривают санкции до 3 и 6 лет лишения свободы соответственно. Чем можно объяснить столь мягкий приговор?

17 января 2020 года стало известно, что кто-то выкрасил красной краской руки памятника Александру Пушкину возле гостиницы «Беларусь» в Минске. Российское посольство в Беларуси выразило огромное сожаление и недоумение в связи с произошедшим, назвав инцидент актом вандализма. Необходимо отметить, что данный монумент был подарен городу Минску правительством Москвы в год 200-летия рождения А.С.Пушкина — в 1999 году.

Памятник Пушкину в Минске

В тот же день, 17 января Следственный комитет РБ возбудил уголовное дело о порче памятника. А уже 19 января активист «Молодого фронта» Филипп Шавров сам явился в милицию и признался в содеянном. Кроме этого, Филипп также взял на себя вину за то, что нанес изображение бело-красно-белого флага на памятник сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащих внутренних войск МВД Беларуси, погибших при исполнении служебных обязанностей и воинского долга, находящийся в Минске на улице Коммунистическая, а также за то, что сделал надпись «1937» на ограде насосной станции в Боровлянах. В тот же день Шаврову предъявили обвинение по части 1 статьи 339 УК РБ и оставили под стражей на два месяца. Ущерб от его действий был оценен в 230 BYN.

Памятник сотрудникам органов внутренних дел и военнослужащих внутренних войск МВД Беларуси, погибших при исполнении служебных обязанностей и воинского долга

На момент совершения действий Филиппу Шаврову было 25 лет. В «Молодом фронте» он с 2016 года. Окончил юридический факультет БГУ, работал в одном из минских банков. Женат. Известно, что когда Филипп был еще студентом, то пытался разбить топором бетонный памятник Ленину на улице Короткевича в Минске, за что получил год условно.

16 апреля несколько отечественных правозащитных организаций признали Шаврова политическим заключенным и приняли совместное заявление, в котором потребовали освобождения и прекращения уголовного дела в отношении Филиппа. По их мнению, квалификация уголовного дела не соответствовала тяжести правонарушений, а мера пресечения являлась чрезмерной.

24 апреля на сайте газеты «СБ. Беларусь сегодня» за подписью «отдела журналистских расследований» был опубликован небезынтересный материал с видеозаписями бесед Филиппа Шаврова со следователями. На видео Шавров, снятый, судя по всему, скрытой камерой, довольно критически высказывался о многих оппозиционных политиках и активистах и о всей оппозиции в целом, раскрывая некоторые внутренние детали. Говорил ли он правду и делал ли он это добровольно, неизвестно.

А уже 6 мая Филиппу Шаврову после двух с половиной месяцев нахождения в изоляторе изменили меру пресечения — его отпустили из-под стражи. И хотя нанесенный своими действиями ущерб в 230 рублей он возместил еще в феврале, до этого времени все его ходатайства об изменении меры пресечения отклонялись.

18 мая суд Центрального района Минска начал рассмотрение дела Шаврова. Подсудимый признал вину частично и заявил, что совершил это не из хулиганских побуждений, как считает следствие, а исключительно по политическим причинам. По словам Шаврова, раскрашивая памятник Пушкину, он протестовал против внешней политики России, стремящейся поглотить Беларусь. Нанесение изображения бело-красно-белого флага на памятник погибшим сотрудникам МВД Шавров объяснил намерением напомнить милиционерам, что они должны защищать независимость Беларуси, а надпись «1937» неподалеку от Куропат, по словам Шаврова — это напоминание про самый ужасный год политических репрессий в СССР».

Филипп Шавров в зале суда

Помнится, в комедии Николая Васильевича Гоголя «Ревизор», один из героев выразился очень емко: «Оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?». Затем Шавров сказал, что раскаивается, и попросил прощения у людей, которым его действия причинили боль.

В судебных прениях представитель прокуратуры политические причины поступков Филиппа Шаврова назвала надуманными и настаивала на хулиганских намерениях подсудимого, а нанесение бело-красно-белого флага на памятник погибшим милиционерам являлось «актом вандализма». Защита же настаивала на том, что Шавров не нанес никакого вреда памятнику Пушкину и мемориальному знаку на улице Коммунистической и полностью компенсировал затраты коммунальных служб на очистку памятников от краски и вообще просила суд оправдать подсудимого, мотивируя это тем, что в его действиях не было состава уголовного преступления. Итог – штраф в 50 базовых, о чем, между прочим, и просила прокурор.

В общем-то, столь мягкий приговор находится в тренде белорусских властей в отношении резонансных околополитических дел последних лет. Для этого достаточно вспомнить дело анархиста Вячеслава Косинерова, в начале 2017 года набросившего веревку на скульптуру городового у здания МВД в столице. В апреле того же года суд Московского района Минска, хотя и признал Косинерова виновным в хулиганстве, но назначил штраф в размере… 5 базовых величин. И это при том, что изначально суд назвал размер штрафа в 30 базовых, который потом сократили до 5, так как до суда Косинеров почти месяц провел под стражей. Любопытно, что прокурор просил назначить Косинерову 2 года ограничения свободы без направления в исправительное учреждение. То есть и в этом случае суд назначил меньшее наказание, чем запрашивало гособвинение.

Можно также вспомнить резонансное «дело БелТА», когда в марте 2019 суд Заводского района Минска, хотя и признал главного редактора TUT.BY Марину Золотову виновной в бездействии должностного лица, все же приговорил ее к штрафу в 300 базовых величин вместо 1000 базовых, как того просил государственный обвинитель. Быть может, «дело БелТА» в контексте дел Шаврова и Косинерова приводить в качестве примера будет и не совсем правильно, но с делом Косинерова у него есть общая черта – суд присудил меньше, чем для них запрашивало обвинение, а если сравнивать с делом Шавронова – вердикт суда оказался гораздо гуманнее, чем ожидалось.

Правда, в отношении Шаврова власти пошли на определенный риск, что, как говорится, «свои же не поймут»: те же сотрудники правоохранительных органов явно могли быть не полностью удовлетворены вердиктом суда. Ну какой, простите, штраф в 50 базовых, если человек покусился на святое — прикоснувшись к памятнику сотрудникам МВД, погибшим при исполнении?

В иные годы фигурант получил бы, если не максимально возможный срок, то, скорее всего, точно бы несколько лет лишения свободы. Сейчас ему просто повезло – потому как общая конъюнктура несколько изменилась, в подтверждение чего можно вспомнить дело Лабковича-Шидловского. Утром 3 августа 1997 года в городе Столбцы, примерно в 70 километрах к юго-западу от Минска шестнадцатилетний Вадим Лабкович и восемнадцатилетний Алексей Шидловский сделали на стенах различных зданий, в том числе на здании городской администрации, библиотеки, местного стадиона, общественного туалета, на памятниках Ленину и Дзержинскому, надписи разной степени непристойности. С крыши здания городской администрации был снят государственный флаг Республики Беларусь, который был заменен на бело-красно-белый флаг. Шидловский был арестован милицией 25 августа, а Лабкович — двумя днями позже.

24 февраля 1998 года Лабкович и Шидловский были признаны виновными по обвинению в «злостном хулиганстве», хотя в то время нанесение надписей на стены, как правило, квалифицировалось не более чем как мелкое хулиганство. Минский областной суд приговорил Лабковича к полутора годам лишения свободы с отсрочкой приговора на два года, а Шидловского к полутора годам лишения свободы в исправительно-трудовой колонии строгого режима.

В наши дни в случае с Шавровым, скорее всего, белорусские власти просто не захотели обострять ситуацию с правами человека и создавать очередного «политического заключенного». Это то, что касается вопроса отношений с Западом.

Что касается нашего восточного соседа, посольство которого осудило факт вандализма в отношении памятника великому российскому поэту, тоже получилось неплохо: мы были обязаны отреагировать, и мы отреагировали. В итоге виновный в содеянном получил штраф.

В целом же, ситуация складывается такая, что белорусским властям, мягко говоря, сейчас не до рук Пушкина, испачканным красной краской: тут и коронавирус, и президентские выборы, и проблемы в отношениях с РФ и прочие вопросы экономического характера. Дать штраф и забыть. Тем более, что скандальное интервью с фигурантом дела со всеми «разоблачениями» уже записано и растиражировано. Хотя само интервью оставляет много вопросов, например, манера речи и мимика молодого человека в кадре вызывают весьма смешанные чувства. Целью записи данного интервью, скорее всего, являлась дискредитация деятельности конкретной молодежной организации оппозиционной направленности в частности и попытка дискредитации оппозиционного движения в целом. 

Возвращаясь к вопросу прав человека, помнится, после разгона «площади» в декабре 2010 года в глазах наших западных партнеров мы обратно скатились до статуса «диктатуры». Лично меня и не может не радовать факт того, что в последние годы за пределами нашей страны нас так называют все реже и реже. Подобные «мягкие» решения, как «пожурить и отпустить с миром», пусть и в связке с иными многими и многими положительными действиями белорусских властей, но постепенно способствуют укреплению положительного образа нашей страны на Западе. Тем более, что вроде как, сейчас наметился некоторый разворот Беларуси в западную сторону. Но это вовсе не повод раскрашивать руки любым памятникам или накидывать на них же стилизованные петли. И, тем более, осквернять мемориалы сотрудникам МВД, погибшим при исполнении. Потому как следующий вердикт за подобные деяния суд вполне может вынести по максимуму. Внутренняя стабильность тоже очень важна.  

Back to top button