Мнения

Возможная отмена смертной казни в РБ: торг уместен?

11-12 ноября белорусский президент совершил первый официальный визит в ЕС после снятия санкций с нашей страны. Во время пресс-конференции в Вене Александру Лукашенко, в числе прочего, был задан вопрос о все еще применяющейся смертной казни в РБ. Глава государства отрезал: «Отвечаю прямо на ваш вопрос: референдум ввел смертную казнь в Беларуси. Только референдум может его отменить». Но так ли все на самом деле однозначно с возможностью отмены смертной казни в РБ?

Для начала уместно привести слова главы государства полностью: «…и, конечно, мы к этому безразлично относиться не можем, если уж совсем искренне. И очень часто проводим опросы по поводу отмены смертной казни. Ничего с тех пор, как вопрос был решен на референдуме, не изменилось. Стоит ли этот вопрос сегодня выносить на референдум, чтобы получить отрицательный ответ? Думаю, не стоит. Поэтому мы договорились когда-то с политиками в Брюсселе в этом направлении работать вместе. И выработали некий план, дорожную карту по работе с белорусским обществом. Мы в этом направлении двигаемся. Спешка здесь может только навредить».

Беларусь на сегодняшний день является единственной страной на европейском континенте, где все еще практикуется смертная казнь как высшая мера наказания. Европейский союз и Парламентская ассамблея ОБСЕ осуждают каждый новый смертный приговор, вынесенный в нашей стране, каждый раз напоминая белорусским властям о недопустимости убийства государством своих граждан в XXI веке.

Новорожденная в самом начале 1990-х Республика Беларусь получила смертную казнь в качестве высшей меры социальной защиты как бы в наследство от БССР. В ноябре 1996 года на второй общенациональный референдум был вынесен вопрос: «Поддерживаете ли вы отмену смертной казни в Республике Беларусь?», на который 80,44 % граждан, принявших участие в голосовании (или 4972535 человек в абсолютных цифрах), ответили отрицательно и только 17,93% (1108226 человек) – положительно. Всего же в том памятном волеизъявлении приняли участие 6101463 человек или 84,14 % от общего числа граждан, имеющих право голоса. Именно на результаты того референдума и сослался в Вене глава белорусского государства.

В статье 24 Конституции РБ четко зафиксировано, что наказание в виде смертной казни носит временный характер, а именно: «Смертная казнь до ее отмены может применяться в соответствии с законом как исключительная мера наказания за особо тяжкие преступления и только согласно приговору суда».

11 марта 2004 года Конституционный суд Республики Беларусь пришел к выводу, что в современных условиях вопрос об отмене казни или об объявлении моратория на его применение может быть решен президентом и парламентом Республики Беларусь.

Начиная с осени 2016, президент Лукашенко постоянно дает понять, что он не против посоветоваться с народом относительно пересмотра Конституции. Можно с высокой долей вероятности утверждать, что среди вопросов возможного плебисцита будет и касающийся смертной казни.

Более того, вынесение данного вопроса на референдум позвонит белорусским властям одновременно поймать двух зайцев. Во-первых, со времени проведения того самого референдума 1996 года, поставившего точку в вопросе смертной казни, официальный Минск постоянно сталкивался с серьезными проблемами признания Западом результатов выборов, проводимых в нашей стране, а также всенародного волеизъявления белорусов (как это произошло с третьим референдумом в 2004 году). В данном случае у Минска появляется реальная возможность поймать Западный мир в его же ловушку: Запад просил Беларусь отменить смертную казнь, Беларусь вынесла этот вопрос на референдум. Вполне возможно, что Западу не останется ничего иного, кроме как признать результаты данного референдума.

А то, что на том же референдуме могут быть иные вопросы, связанные с госстроительством, даже само вынесение которых на всенародное обсуждение уже может вызвать неоднозначную реакцию со стороны западных элит — это будет наше личное суверенное дело.

Во-вторых, формула «посоветоваться со своим народом» является идеальной подпиткой образа «батьки» Лукашенко, у которого не падает с головы корона спросить мнение граждан своей страны в том числе и по столь деликатному вопросу. Вполне возможно, что будущий референдум объявят, когда для этого будет благоприятная внутренняя ситуация. Либо, наоборот, если сложится неблагоприятная: все плохо, но президент советуется с народом как нам всем жить дальше, зарабатывая тем самым плюс один балл в свой образ лидера нации.

Кстати, для фактической отмены смертной казни вовсе не обязательно проводить референдум. Запад устроит и мораторий, для введения которого достаточно указа президента, т.к. в Конституции уже заложена возможность отмены смертной казни (опять же, статья 24 Основного закона). Тогда норма о смертной казни останется в Уголовном кодексе, но в связи с указом не будет применяться на какой-то определенный срок или бессрочно. Если же мы говорим о полной отмене смертной казни (а Запад, продавив мораторий в РБ, явно продолжит убеждать нас в необходимости полностью отменить смертную казнь, то есть вообще юридически исключить данный вид наказания), то такое решение принимается парламентом путем внесения изменения в действующее законодательство, для чего опять же проведения никаких референдумов не требуется.

В сентябре 2019 года депутат Палаты представителей Елена Анисим направила законопроект «О приостановлении исполнения наказания в виде смертной казни» и его обоснование для ознакомления в Верховный суд, Генеральную прокуратуру, Комитет государственной безопасности, Совет безопасности, Белорусскую республиканскую коллегию адвокатов и Белорусский совет юристов. В конце октября она получила ответы из пяти госорганов и общественных структур, которые отнеслись к предложению «преимущественно нейтрально», и собиралась внести законопроект в Палату представителей до 1 ноября. А вот Генеральная прокуратура выступила категорически против данного законопроекта.

Сам законопроект содержит две статьи. В одной говорится о приостановлении действия ст. 175 Уголовно-исполнительного кодекса об исполнении смертных приговоров до тех пор, пока эта мера наказания не будет полностью упразднена. Другая статья предусматривает направление лиц, в отношении которых вынесен смертный приговор, в исправительные колонии, где их должны содержать в тех же условиях, что и приговоренных к пожизненному заключению.

Тем не менее, Анисим надеется внести в парламент данный законопроект еще до истечения срока своих полномочий, то есть до начала работы сессии новоизбранного состава нижней палаты, а значит не позднее 6 декабря 2019 года. По словам самой Е.Анисим, из-за нехватки времени она планировала передать все наработки по законопроекту кому-то из депутатов Палаты представителей нового, седьмого созыва. Однако коллеги посчитали, что будет более справедливо, если она сама подаст законопроект в парламент. Любопытно, что подобное джентельменское отношение к автору законопроекта о моратории на смертную казнь со стороны коллег-депутатов проявилось ровно после того, как Президент Лукашенко в Вене высказался о возможной отмене смертной казни в РБ только через референдум. В любом случае, о результатах данной законодательной инициативы со стороны депутата Анисим мы узнаем уже очень скоро.

Конечно же, власть, как и прежде также может максимально долго затягивать вопрос введения моратория, мотивируя это нежеланием вносить раскол в белорусское общество по столь деликатному вопросу, продолжая делать отсылки к результатам референдума 1996 года или сравнительно недавним социологическим опросам. Во-первых, условное общественное согласие этим не нарушишь – не столь злободневная тема. Не с нашей ментальностью, да и не на данном историческом этапе. Во-вторых, со времени того референдума прошло двадцать три года и с тех пор успело вырасти целое поколение. Меняется и общественное мнение, которым, к сожалению, как показывает практика, довольно-таки легко манипулировать: если власть действительно захочет отменить смертную казнь, то «направить» общественное сознание в сторону поддержки такого решения будет не очень трудно.

Любопытно, что во многих странах Запада инициатором введения моратория на смертную казнь, как правило, выступало государство, даже при том, когда основная масса граждан могла быть настроена консервативно. Теоретически, даже не смотря на возможный референдум, такое может произойти и у нас. Но для этого в данном вопросе у официального Минска должна быть твердая политическая воля.

А теперь самое интересное. На протяжении нескольких последних лет меня не покидает ощущение, что белорусские власти готовы ввести мораторий на смертную казнь в самом ближайшем будущем, но хотят за это определенных ответных шагов со стороны Запада. Иными словами, если мы сейчас отменим данный вид наказания, то какие «плюшки» за это получим от наших западных партнеров?

Если следовать этой логике, то первое, что приходит на ум в контексте «мы вводим мораторий на смертную казнь, а они» … восстанавливают наше членство в ПАСЕ. Действительно, наличие и применение смертной казни в Беларуси является главным препятствием для восстановления статуса специального приглашенного в Парламентской ассамблее Совета Европы для нижней палаты белорусского парламента. Этот статус парламент Беларуси, тогда еще однопалатный, получил в 1993 году, однако потерял его после конституционного референдума, проведенного в ноябре 1996 года (на котором, в числе прочего, как раз и выносился вопрос о возможной отмене смертной казни в РБ).

В 2009 году, на волне потепления отношений официального Минска с Западом, наша страна была близка к тому, чтобы вернуть этот статус. Но тогда в резолюцию ПАСЕ по Беларуси все же был внесен пункт, что это возможно только при решении проблемы смертной казни или хотя бы введение моратория на ее применение. То же условие являлось камнем преткновения применительно к Совету Европы. Затем произошел довольно жесткий разгон демонстрации протеста в Минске 19 декабря 2010 года и последовавшее за ним резкое похолодание отношений между нашей страной и Западом — и вопрос о возвращении статуса спецприглашенного на какое-то время потерял свою актуальность.

Положа руку на сердце, Беларуси не очень-то нужны статусы специального приглашенного в ПАСЕ и полноправного члена СЕ, потому что никаких практических выгод наша страна из этого извлечь не может. Совет Европы — это организация, занимающаяся чисто гуманитарными проблемами, правами человека и прочими малоинтересными белорусским властям вопросами. А полноценное членство в ней вообще подразумевает доступ граждан нашей страны к Европейскому суду по правам человека, в чем официальный Минск, мягко говоря, не очень заинтересован.

Еще несколько лет назад восстановление членства нашей страны в этих организациях могло сыграть свою роль в укреплении положительного образа официального Минска в мире в целом и А. Лукашенко в частности. Но только не сейчас – санкции со стороны Старого света по большей части сняты, Президент Лукашенко «приглашаем» на уровне глав некоторых западноевропейских государств, весьма активно развиваются контакты со странами Запада по линии белорусского МИДа и так далее.

В столице Австрии по вопросу восстановления для Беларуси статусов в ПАСЕ и СЕ Президент Лукашенко высказался более чем ясно: «Что касается Совета Европы и нашей дружбы: примите — спасибо, нет — потерпим». Для сегодняшнего Минска этого уже мало.

Возможно, как один вариантов ответной любезности со стороны Европы за мораторий на смертную казнь нашей стране могло бы быть интересно обсуждать кредитную поддержку и инвестиции от ЕС, у которого имеются достаточно сильные позиции в МВФ, и он мог бы посодействовать выделению кредита для нашей страны, несмотря на то, что ряд выставляемых Международным валютным фондом условий Беларусь пока что не выполняет.

А учитывая факт того, что наличие либо отсутствие смертной казни в виду своей морально-этической составляющей касается каждого гражданина РБ (равнодушных в этом вопросе нет), то и возможная любезность со стороны ЕС в ответ на введение Беларусью моратория должна быть осязаема для каждого гражданина нашей страны. Подобной любезностью могло бы стать максимально возможное упрощение визового режима с ЕС (либо странами Шенгенского соглашения) или даже полная отмена виз для граждан РБ. Как говорится, за спрос в нос не бьют.

В этой связи возникают три вопроса: готов ли ЕС обсуждать подобный расклад в принципе и еще более важный – это ли именно нужно белорусским властям? И третий, пожалуй, самый главный вопрос: кто должен сделать первый шаг в вопросе моратория — РБ и затем ждать за это ответных шагов от ЕС либо ожидать тех самых «плюшек» со стороны ЕС и уже только затем, чтобы вдруг не остаться с носом, в качестве ответной меры вводить мораторий?

Есть, правда, еще и половинчатый вариант — ввести мораторий временно, в порядке эксперимента, например, сроком на один год с возможностью его продления. И тут же намекнуть Западу, что мы ожидаем за это от него ответных действий и даже больше – какими именно эти действия должны быть. Если ответа не последует или масштаб ответных шагов нашу страну не устроит, то мы будем иметь полное право отыграть назад, в данном случае не продлевая мораторий. Правда, обмануть наших западных партнеров, скорее всего, не получится – в таких вопросах незаконченность действий они не приемлют: мораторий, скорее всего, придется вводить надолго. Если вообще не навсегда.  

Самое занятное, что даже при всем своем внешнем консерватизме Лукашенко способен на неординарные поступки. Примеров тому за последние годы было немало, достаточно вспомнить неожиданное введение в 2017 году того же «безвиза» для граждан 80 стран при посещении Беларуси через национальный аэропорт «Минск».

В это связи наиболее правильным (пусть на первый взгляд и довольно рискованным) мне видится вариант введения нашей страной моратория в одностороннем порядке и справедливого ожидания от Запада равноценных ответных шагов. Ведь отмена смертной казни никак не пошатнет стабильность политической системы, в отличие от введения, например, возможной «цифровизации выборов» (логичный шаг в рамках построения т.н. «IT-страны») со всеми своими возможными рисками. Ведь к нашему избирательному законодательству у Запада также есть вопросы.

Опять же, после заявления А.Лукашенко в Вене мораторий станет возможен, скорее всего, только в результате проведения референдума. Но даже в этом случае официальному Минску ничто не мешает сделать все, как обычно, красиво, а именно — мягко подвести белорусское общество к идее о необходимости введения моратория на смертную казнь. Благо, все необходимые ресурсы у власти для этого имеются.

Александр Телевич

Читайте также:

Метки (тэги)