Мнения

Мифы о Западной Беларуси — кому они выгодны сейчас

Термин «Западная Беларусь» возник на политической карте мира после 1920 года. Так была названа польская зона оккупации, появившаяся в результате Советско-польской войны 1919-1921 гг. Рижский договор 1921 года между РСФСР, БССР и УССР с одной стороны и поляками с другой закрепил за последними часть территории современной Беларуси к востоку от т.н. «линии Керзона», рекомендованной Верховным советом Антанты в качестве границы вновьобразованной Польши после окончания Первой мировой войны. Стороны отказались от ведения враждебных действий друг против друга, РСФСР выплатил полякам репарации, а единый белорусский народ на 18 лет оказался разделен.

Представители РСФСР и Польши подписывают Рижский мирный договор, 1921 год
Представители РСФСР и Польши подписывают Рижский мирный договор. Изображение: ria.ru

Видеоверсия статьи:

«Кресы Восточные» как часть польской территории

Присоединение частей нынешних, а местами и полностью, Витебской, Гродненской, Минской и Брестской областей вполне соответствовало честолюбивым планам Ю. Пилсудского о реанимации Речи Посполитой в границах до 1772 года. Тогда же и зародился первый миф о воссоединении исконных польских земель и населявших их людей.

Это, пожалуй, самый радикальный миф, осторожно поддерживаемый частью современных польских историков и политиков.

Подробнее о планах Пилсудского по созданию Междуморья читайте в статье:

Проект «Междуморье» — чем опасны для белорусов заветы Пилсудского

Вот какую оценку притязаниям нынешних поляков на земли Беларуси дает один из сайтов:

«В Польше нет политических партий, выступающих с реваншистским требованием возвращения Восточных Кресов; для серьезных политиков разговоры о пересмотре границ являются табу. Однако атмосфера в обществе не столь однозначна. Например, в Польше чрезвычайно популярен роман из жанра «альтернативная история» историка и публициста Пьотра Зыховича «Пакт Риббентроп — Бэк, или Как поляки могли вместе с Третьим Рейхом победить Советский Союз». В книге рассматривается фантастический сюжет о военном союзе между Польшей и гитлеровской Германией, в результате которого Варшава получила территории Украины и Белоруссии.» [1]

Не мог обойти вниманием интерес наших западных соседей и Президент Беларуси А.Г. Лукашенко:

«Ну неймется полякам, это для вас не секрет, — вот западная граница должна проходить под Минском — не меньше не больше. И у отдельных, типа Сикорского, перед глазами Восточные Кресы. Так вот на счет этого хочу сказать: их попытка не мытьем, так катаньем оттяпать у нас часть Западной Беларуси — пока я живу и существую здесь как президент страны, им этого не видать как собственных ушей. Наша страна едина, целостна и не делима. И давить нас через пятую колонну, через своих здесь отдельных проводырей — ничего не получится. Они и карту поляка ввели, что они только не делали. Но наши поляки хотят жить в Беларуси. Если бы они хотели жить в Польше, они бы уже давно туда переехали. Им живётся здесь нормально. И они будут жить, это наши граждане, это наши поляки, их порядка 300 тысяч. Мы к ним относимся, и я лично, как к белорусам. Поэтому и здесь клин не удаётся вбить. Ну и начали ломиться.» [2]

Советская историография, в свою очередь, радикально описывала нововведения польской администрации на оккупированных в ходе войны 1919-1921 г. землях:

«На захваченной территории Советской Белоруссии польские интервенты ликвидировали завоевания Октябрьской революции, отменили законы Советской власти, восстановили власть помещиков и капиталистов, частную собственность на средства производства. Тысячи трудящихся, не подчинившихся оккупантам, были брошены в концентрационные лагеря. Рабочие и крестьяне подвергались жестокой эксплуатации.» [с. 259; 3]

Однако наиболее адекватными времени можно назвать некоторые современные трактовки тогдашних событий. Даже такой известный в определенных кругах своими резкими высказываниями автор, как А.Е. Тарас, весьма аккуратен в оценке принадлежности «крэсов всходних» кому бы то ни было (полякам или русским):

«Польские историки пишут о «нападении» большевиков на «крэсы всходни» так, как будто они принадлежали Польше. Российско-советские историки говорят о «польских агрессорах» так, как будто «западные окраины» империи принадлежали советской России. Но прав «посторонний», английский историк Норман Дэвис, который писал в своей книге «Белый орел, красная звезда» (1972 г.), что в 1918 году эти земли не принадлежали ни Польше, ни России: «Если крэсы и принадлежали кому-нибудь, то только местному населению…» (с. 23 в его книге).» [с. 438, 4]

Остановимся на этой исторической выкладке и мы. В Западной Беларуси не проживали только русские, только белорусы, только поляки или только литовцы. Там проживало 4 млн человек, из которых к началу 1930-ых 70% составляли крестьяне-бедняки, 23% — зажиточные середняки и около 6% «шляхты». Как вы думаете, к какой национальности относили себя 3/4 четверти населения вновь образованной Западной Беларуси и почему они вовсе не стремились вернуться в «исконное польское лоно»?

«Небывалый расцвет» белорусской самоидентичности в Западной Беларуси

Вторым радикальным заявлением современных почитателей культа Западной Беларуси можно назвать полуправдивые сведения о тотальной белорусизации местного населения. Обычно это адресуют в пику большевистской политике, которая, якобы, развернула террор против национального движения и самоидентификации во всех странах СССР. Кому же верить?

Начнем с того (и об этом прямо пишет уже упоминавшийся нами А.Е. Тарас [с.463-464; 4]), что в отличие от судьбы украинцев-галичан, для которых Лига Наций требовала создания автономии внутри Польши, на западных белорусов было всем наплевать. Учитывая, что в это время в БССР действительно началась белорусизация, вызванная стремлениями Сталина создать мощную лояльную прослойку среди крестьян, преобладавших в населении молодой республики, западные белорусы требовали для себя минимум тех же прав. Добиться этого не удалось.

Из 400 белорусскоязычных школ, функционировавших в Западной Беларуси в 1923 году к началу учебного года 1938/39 их осталось только пять. Аккурат к началу войны 1 сентября 1939 года была переведена на польское обучение и Виленская гимназия им. Стефана Батория. Впечатляющие итоги белорусизации, ничего не скажешь.

В соседнем БССР всеобуч принял величественный размах — в 1939/40 учебном году принять школьников были готовы 7 195 школ. Правда, воспитание там шло в духе интернационализма, поэтому указать число белорусскоязычных школ затруднительно [с. 317; 3]. Хотя современные исследования указывают, что таковых было не менее 93,4% [5]. Но сейчас речь не об этом, а о «белорусизации» Западной Беларуси.

А точнее о том, как польское руководство пыталось вытравить любые признаки национального самосознания до основания, чтобы воспрепятствовать воссоединению Западной Беларуси и БССР. «Хочешь учить грамоту — иди в польскую школу», — это самое мягкое, что могли услышать школьники тех лет. В государственных учреждениях говорить по-белорусски не разрешалось, этнические белорусы к руководящим постам не допускались. Никаких газет, клубов-читален и библиотек «на мове» не функционировало. Вся «белорусизация» шла в подполье — под «крылом» Коммунистической партии Западной Белоруссии и Громады. Это они издавали на белорусском языке газеты «Маланка», «Наша воля», «Народны звон» и др. и добивались открытия белорусских школ вместе с организацией Товарищество белорусской школы. Ст. VII Рижского договора (а позднее — и аналогичные положения конституции Польши) была нарушена в полном объеме:

«Польша предоставляет лицам русской, украинской и белорусской национальности, находящимся в Польше, на основе равноправия национальностей, все права, обеспечивающие свободное развитие культуры, языка и выполнения религиозных обрядов. Лица русской, украинской и белорусской национальности в Польше имеют право, в пределах внутреннего законодательства, культивировать свой родной язык, организовывать и поддерживать свои школы, развивать свою культуру и образовывать с этой целью общества и союзы.» [6]

Однако это было не национально-освободительное движение в чистом виде. В первую очередь оно ставило целью воссоединение с БССР, а значит, и с СССР. Не стоит забывать и о том, что часть населения и вовсе желала учиться на русском и видела центром своего будущего государства Москву, а не Минск или Варшаву. Таким образом, как минимум никакой белорусизации, декларированной Рижским договором, в Западной Беларуси не проводилось, а польская администрация делала все, чтобы искоренить любые националистические проявления в этих областях.

Береза-Картузский концлагерь
Через Береза-Картузский концлагерь, созданный в 1934 году, прошли около 3 тыс. человек. Изображение: vsr.mil.by

Миф о том, как сладко жилось белорусам «за Польшей»

«Счастливым» претендентам на «карту поляка» конечно же приходится с подобострастной улыбкой лить в уши польских консулов сладкую патоку о том, как прекрасно их деды-прадеды жили при панской Польше. Бабушка, которая рассказывала, как они колбасой двери в хату завязывали… Что ж, осадники, которые массово переселились на белорусские земли, солдаты войска Польского и помещики действительно чувствовали себя неплохо в Западной Беларуси. А как жилось простым крестьянам, «соли земли» белорусской?

А жилось им там, мягко говоря, не очень, как и представителям других нацменьшинств: евреям, русским, украинцам. Не успев получить солидные земельные наделы, обещанные большевиками, они тут же снова оказались заложниками местного крепостного права. За все нужно было платить — за проезд по «панским» землям, лесу, сбор дров, питание. Платить было нечем, приходилось гнуть спину на панов. «Шановныя панове» слабо знали, что такое «средняя зарплата по Польше» и кидали нашим рабочим пару злотых, лишь бы те не умирали с голоду. Буквально через пару месяцев после установления новой власти в Западной Беларуси батрачило 70 тыс. человек.

На этом фоне агитация диверсионных групп, прибывавших в ЗБ из БССР (надо сказать, также в нарушение Рижского договора, но своей «активной разведкой» не брезговали и поляки, т.е. договор нарушался обоюдно) находила благодарных слушателей. НЭП, белорусизация, свобода воли, земля — эти слова звучали для крестьян-западенцев, как что-то нереальное. Начались погромы усадеб и акты неповиновения.

В ответ на это польские власти развернули в белорусских областях полицейский террор. На фоне массовых расправ возникают Коммунистическая партия Западной Беларуси и Белорусская революционная организация. На деревьях в селах появляются красные знамена с красноречивыми подписями «Здымешь — атрымаешь кулю у лоб». Карательные меры усиливались.

Министр внутренних дел Польши Б.В. Перацкий, ликвидированный С. Бандерой в ответ на действия против Организации украинских националистов в Западной Украине, так самодовольно заявлял американскому журналисту: «Дайте мне 10 лет и вы на этих землях днем с огнем не найдете ни одного белоруса и ни одного украинца». Стоит ли удивляться, что крестьяне массово, целыми деревнями, записывались в КПЗБ и Громаду.

Польша, что называется, «законсервировала» Западную Беларусь в состоянии отсталого аграрного придатка. В 1926 г. в Виленском, Новогрудском и Полесском воеводствах, составлявших 24% территории и 11% населения страны было сосредоточено всего 1,8% рабочих и 2,8% предприятий с 20 и более рабочими [с. 343; 3]. В основном население было занято в сельском хозяйстве и смежных отраслях. Польшу саму сотрясали кризисы — в 1924-1926 гг., 1929-1933 гг. — и ей было просто не до окраин.

На протяжении 30-ых гг. никаких положительных перемен ни в национальном вопросе, ни в экономике Западной Беларуси не происходило. Рабочие получали в 1,5-2 раза меньше поляков, зарплаты задерживались по нескольку месяцев, оставшиеся после уплаты податей и налогов гроши быстро таяли. Число бедных крестьян превышало 70%, они не имели ни тракторов, ни коров, ни собственности на землю.

Попутно следует вспомнить и о том, что Организация украинских националистов зародилась именно при польской власти в ответ на жесткую политику последней против западноукраинского населения. Почитав немного о методах борьбы националистов с поляками, выводы о «сладкой жизни» «при Польше» можно сделать самостоятельно.

Западнобелорусские крестьяне получили первый трактор, 1940 год
Западнобелорусские крестьяне получили первый трактор. 1940 г. Изображение: istpravda.ru

Западные белорусы «не хотели» прихода большевиков

После вышеописанного воспринимать данный миф иначе как со смехом нельзя. Хотя он не лишен реальных исторический оснований. Нами уже упоминались диверсионные и агитационные отряды, забрасывавшиеся на территории Западной Беларуси и Украины. Уже к октябрю 1923 года функционировала Компартия Западной Беларуси. Депутаты-белорусы сражались за права нации через Сейм. Параллельно действовали более 5 тыс. партизан, ими руководили из Москвы.

К 1925 г. партизаны сожгли 306 «маенткау», 717 хозпостреок, 127 предприятий, принадлежавших панам. В Варшаве был подорван арсенал с оружием. Режим Пилсудского отвечал на эти вылазки жестокими карательными мерами. Это вызывало еще большие протесты и желание воссоединиться с БССР. Но все изменилось в 30-ые гг.

С началом 30-ых гг. в политике Сталина произошел резкий поворот. Началось раскулачивание и массовый загон людей в колхозы. Несогласных выселяли в Сибирь (за три года, с 1929 по 1932 гг., таковых было около 320 тыс. человек) [с. 454; 4]. Было сфабриковано дело «Союза освобождения Беларуси» по обвинениям в котором было арестовано 108 видных интеллигентов БССР. Впоследствии были осуждены еще около 1 000 человек за участие в разных якобы союзах с приставкой «белорусский». Террор продолжался вплоть до начала Второй мировой войны.

Кроме того, опасаясь подъема белорусского национализма, Москва уже к началу 30-ых постаралась отозвать всех руководителей диверсионных отрядов, а последние расформировать. Это было известно польскому руководству. В тюрьмах, где содержали большевиков, надзиратели отпирали камеры и смеялись: «Бегите теперь, куда хотите, ваш Сталин предал вас». Коммунисты Западной Беларуси молчали — они были подавлены. СССР подтвердил свои добрые намерения в отношениях с Польшей 4 договорами о незыблемости границ (1929, 1932, 1934 и 1938 гг.).

Все это дает повод мифотворцам заявлять о горьком разочаровании западных белорусов политикой сталинизма, СССР и т.д. Но не коммунизма! Такие историки и пропагандисты, как А.Е. Тарас, сразу же смело заявляют о том, что «социальное угнетение трудящихся Западной Беларуси и Украины не шло ни в какое сравнение с абсолютно бесправным и нищенским положением крестьян и рабочих в СССР. В этом «освобожденные братья и сестры» убедились очень скоро, что называется, «на собственной шкуре». [с.465-466; 4].

Ну да, мы помним, «бабушка рассказывала, как колбасой при поляках завязывали ворота». Что тут сказать — у всех трех сторон будет своя правда. Поляки считают, что их вероломно разорвали на части две соседние сверхдержавы (но ненависти при этом испытывают больше почему-то к русским), нагло оккупировали и отхватили их «исконные» земли. В России это называется «воссоединением земель» и «освободительным походом» с целью взятия под защиту братьев-белорусов и украинцев. У нас одна часть населения протирает фотографии польской бабушки и вздыхает по Западной Беларуси в составе Польши, а вторая все-таки уверена в единстве и неделимости белорусского народа, который в 1939 году был вновь воссоединен и при этом не оказался уже тогда под властью нацистов.

Да, на территориях Западной Беларуси начались репрессии, были ликвидированы кулаки и спешно образованы колхозы. Не забывайте, шла война, война, которая не закончилась — в этом Сталин был уверен. Ему не нужны были вторые «Бандеры» и «Шуневичи» в Западной Белоруссии. Националистическое движение и инакомыслие нужно было уничтожить — так решил Сталин, так было угодно истории. Действовать приходилось спешно — началось перевооружение армии, командиров, выкошенных репрессиями, не хватало, граница отодвинулась на Запад.

А как, расскажите, иначе могла повернуться история? Доблестная армия войска Польского на лошадях и телегах, 650 легких и старых танках, 14-ти бронепоездах и катерах Пинской речной военной флотилии разбила бы вермахт и защитила бы братьев-белорусов? А потом атаковала бы Минск и пошла маршем на Москву? Ничего подобного в то время быть не могло. Потому что никакой Польши к 17 сентября 1939 года (дате вторжения советских войск на территории ЗБ и ЗУ) уже практически не существовало, о чем польский посол в Москве и был уведомлен соответствующей случаю нотой. Польша, Западная Белоруссия и Западная Украина были разделены «по справедливости», насколько она была возможна, между такими державами как СССР и Германия. Точно так же, как после войны СССР разделил с союзниками сферы влияния в Европе, точно так же, как сейчас делят сферы влияния в Сирии Иран, Турция, США и Россия. Чему тут удивляться?

А касательно настроения людей, пусть и разочаровавшихся потом в большевиках, лучше всего говорят следующие заметки:

  1. Американский историк польско-еврейского происхождения Ян Томаш Гросс в своем исследовании «Революция из-за границы. Советский захват польской Западной Украины и Западной Белоруссии», подготовленном на основе записей поляков, покинувших СССР вместе с армией Андерса в 1943 году, писал:

«Следует отметить и сказать это недвусмысленно: по всей Западной Украине и Западной Белоруссии, на хуторах, деревнях, в городах Красную Армию приветствовали малые или большие, но в любом случае заметные, дружественно настроенные толпы… Люди сооружали триумфальные арки и вывешивали красные знамена (достаточно было оторвать белую полосу от польского флага, чтобы он стал красным)… Войска засыпали цветами, солдат обнимали и целовали, целовали даже танки… Иногда их встречали хлебом и солью.» [7]

  1. Из донесения Льва Мехлиса от 20 сентября 1939 г.:

«Польские офицеры… как огня боятся украинских крестьян и населения, которые активизировались с приходом Красной армии и расправляются с польскими офицерами. Дошло до того, что в Бурштыне польские офицеры, отправленные корпусом в школу и охраняемые незначительным караулом, просили увеличить число охраняющих их, как пленных, бойцов, чтобы избежать возможной расправы с ними населения.» [7]

  1. По воспоминаниям одного из руководителей коммунистического подполья Бреста В.П. Ласковича:

«Митинг вылился в грандиозное волнующее торжество. Было удивительно, что многотысячная толпа под звуки оркестра начала петь «Интернационал». Люди потом долго вспоминали, что его звуки должен был услышать Бог на небесах. Красноармейцы, командиры стояли по стойке смирно, мужчины без головных уборов, сотни женщин приветствовали воинов красными косынками, устилали дорогу живыми цветами.» [8]

И таких отзывов можно найти еще очень много. С ними по соседству будут, конечно, располагаться воспоминания местных жителей, обеспокоенных внешним видом пехоты РККА. Но именно эта «грязная и оборванная» армия всего через шесть лет спасет Европу и мир от нацистов. Впрочем, это уже совсем другая история…

Население Западной Белоруссии встречает Красную Армию, сентябрь 1939 года
Население Западной Беларуси встречает Красную армию. Изображение: statehistory.ru

Выводы

Так кому выгодны мифы о «райском» положении Западной Беларуси при поляках и даже о необходимости «вернуться» в состав нынешней наследницы Речи Посполитой? Историческая правда отметается двумя крупными представителями мифотворческого ансамбля.

  1. Радикально настроенные польские политики. Русофобский комплекс, заложенный в основание большинства польских партий и их лидеров, не дает полякам спокойно жить и развиваться дальше. Но Россию им пока (да и вообще) одолеть не по зубам, поэтому они предпочитают вести подрывную деятельность в среде ее ближайшего окружения — среди населения Беларуси и Украины. Одно из средств ведения борьбы — мифотворчество о братстве польского народа с белорусами и украинцами, рассказы о прекрасной жизни в новой Речи Посполитой или Интермариуме, выставление России агрессором и империей без границ.
  2. Пропольская оппозиция Беларуси также активно выступает за отторжение от России и устремление к демократическим ценностям, выразителем которых является в первую очередь ближайшая соседка Польша. Финансируемые «оттуда» сайты и телеканалы активно поливают грязью как нынешнее белорусское руководство, так и любые его достижения, а также выставляют в неприглядном свете все действия, проводимые Россией. Под красивыми логотипами «Белсата» и «Хартии» вам никогда не расскажут о том, что в 2013 году из Польши в другие страны ЕС «свалили» 500 тыс. местных жителей, безработными числятся почти 2 млн человек, на каждую вакансию претендует до 70 кандидатов, а «дыры» на рабочих местах уже вовсю закрываются украинцами [9]. Такие «новости» мифотворцам ни к чему.

В истории часто трудно отделить правду от мифа или пропаганды. Однако в нашем случае это сделать несложно. Если обратиться к реальным фактам и документам, а не рассказам бабушек и дедушек, становится понятно — западные белорусы в 1921-1939 гг. находились под панской оккупацией и были сведены до положения холопов и обслуги. И в долгосрочной исторической перспективе воссоединение двух частей одного народа все-таки следует признать большой удачей и благом.

Автор: Владимир Марченко

Источники:

  1. Польша желает вернуть Восточные Крессы, пользуясь слабостью Украины?
    http://www.belvpo.com/ru/54782.html
  2. Лукашенко: Неймется полякам, и у отдельных, типа Сикорского, перед глазами Восточные Кресы
    http://www.ctv.by/node/57515
  3. История Белорусской ССР / Под ред. И.М. Игнатенко, Н.В. Каменской, И.С. Кравченко и др.. М.: Издательство «Наука и техника», 1977 г.
  4. Краткий курс истории Беларуси IX-XXI вв. / А.Е. Тарас, Мн., Харвест, 2014г.
  5. Вперед в прошлое: белорусский язык на страницах «Гiсторыi Беларусi»
    http://zapadrus.su/zaprus/filzr/395-lii-ir.html
  6. 6. Текст Рижского договора
    http://www.brestobl.com/nasel/naselen/dok/1921/61.html
  7. Почему Западные Украина и Белоруссия встречали РККА цветами
    http://aloban75.livejournal.com/2225177.html
  8. Как встречали Красную армию в Бресте в сентябре 1939 года
    http://virtualbrest.by/news35394.php
  9. Из Польши за год эмигрировало рекордное количество поляков
    http://www.unian.net/world/883208-iz-polshi-za-god-emigrirovalo-rekordnoe-kolichestvo-polyakov.html
Метки (тэги)
Показать больше