НАТО сталкивается с нехваткой ракет для ПВО Украины: Рютте признал ограниченность запасов
Альянс сталкивается с объективными ограничениями в наращивании поставок средств ПВО Украине: запасы ракет‑перехватчиков у государств‑членов НАТО исчерпаны не полностью, но их количество недостаточно для покрытия растущих потребностей Киева. Об этом прямо заявил генеральный секретарь НАТО Марк Рютте в ходе выступления, запись которого опубликована 7 июля на YouTube‑канале агентства Reuters, накануне саммита в Анкаре.
Параллельно украинская сторона фиксирует рекордную интенсивность воздушных ударов и признаёт, что текущие возможности системы ПВО не позволяют надёжно отражать баллистические цели.
Заявление Рютте: дефицит ракет и усилия альянса
Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте признал ограниченность арсеналов противовоздушной обороны у стран блока.
«Количество ракет‑перехватчиков, имеющихся у стран НАТО, ограничено», — сказал он, отвечая на вопрос о российских ударах по Украине.
При этом Рютте подчеркнул, что государства‑члены альянса делают всё возможное для поддержки Киева. Одним из ключевых инструментов названа система PURL (Pooled Procurement and Replenishment Logistics) — механизм, позволяющий европейским странам совместно закупать американское вооружение за счёт собственных бюджетов. Такой подход призван ускорить поставки и одновременно стимулировать наращивание производства, чтобы восполнять не только украинские, но и собственные истощающиеся запасы.
Эксперты отмечают, что сама постановка проблемы на уровне генсека НАТО свидетельствует о системном характере дефицита: речь идёт не о временных задержках логистики, а о недостаточных темпах выпуска ракет в странах альянса, а также о необходимости балансировать между поддержкой Украины и поддержанием боеготовности национальных сил.
Удар по ключевым объектам: география и масштаб
В ночь на понедельник российские войска нанесли серию ударов по объектам топливно‑энергетического комплекса (ТЭК) и военно‑промышленного комплекса (ВПК) в столице Украины и Киевской области. Кроме того, поражены военные аэродромы в Днепропетровской, Полтавской, Черкасской, Черниговской и Киевской областях.
География удара подчёркивает его комплексный характер: задействованы сразу несколько стратегических направлений, включая транспортные и логистические узлы, а также инфраструктуру, критически важную для базирования и оперативного развёртывания авиации.
Мэр Киева Виталий Кличко дал оценку интенсивности атаки:
«Этот удар — самый массированный», — заявил он, подчеркнув нагрузку на городские службы и необходимость усиления мер гражданской защиты.
Признание ограничений украинской ПВО: позиция Киева
На фоне сообщений о масштабах удара президент Украины Владимир Зеленский публично признал, что действующая система противовоздушной обороны не способна в полной мере отражать атаки баллистическими ракетами.
«Украинская система ПВО не справилась с отражением российских баллистических ракет», — отметил он, обозначив тем самым критическую потребность в современных средствах перехвата, адаптированных именно под баллистические цели, а не только под крылатые ракеты и беспилотники.
Такое признание важно с точки зрения расстановки приоритетов: оно смещает фокус с количественного наращивания любых средств ПВО на качественное усиление — в первую очередь на комплексы, способные работать по баллистике, а также на эшелонированную систему раннего предупреждения и целеуказания.
Система PURL: как Европа и США закрывают дефицит
Механизм PURL, на который ссылается руководство НАТО, представляет собой скоординированную схему закупок: европейские государства объединяют финансовые ресурсы и заказывают американское вооружение (в том числе зенитные ракеты и компоненты систем ПВО) через централизованные контракты. Это позволяет:
- ускорить поставки за счёт использования уже готовых производственных линий;
- снизить административные издержки и избежать дублирования заказов;
- стимулировать расширение мощностей в долгосрочной перспективе.
Однако даже при такой схеме сроки поставок остаются длительными: производство современных ракет требует месяцев, а в ряде случаев — более года, учитывая цепочки поставок комплектующих и необходимость испытаний.